Времени пообщаться с другими членами кружка фрау Раух Антону не дала, сразу же заговорила, резко, напористо, без тени сомнения, что ее слова услышат и исполнят:
- Сегодня у нас будет практическое занятие. Руны Фрейи вы уже изучили, и пора начинать исполнять ваши желания.
Юноша из золотой молодежи, Василий, кажется, бросил быстрый взгляд на Антона и поинтересовался капризно:
- А ничего, что среди нас сегодня новичок?
Фрау Марта недовольно поджала губы, как и любые гуру, видимо, сомнения в своих словах она не терпела, но все же снизошла до ответа:
- Ничего страшного. Если понадобится, Антону Ивановичу я помогу… Или… Вы же знаете, по каким правилам составляются руноскрипты из рун Фрейи? – Обратилась фрау Марта к Антону. Тот быстро закивал, пытаясь изобразить одновременно твердую уверенность фаната околоскандинавской мистики, и замешательство новичка. Конечно же, он ознакомился со всеми доступными материалами о фрау Раух и ее учении. Но слишком большие ум и сообразительность не вполне вязались с выбранной им ролью, поэтому мужчина протянул осторожно:
- За помощь я был бы благодарен. Вдруг не сразу во всем разберусь.
Глава секты благосклонно кивнула:
- Да, конечно. Все, кому нужна будет помощь, ее получат.
Для практического занятия они встали в круг посреди комнаты, где было свободное пространство. Фрау Раух расставила вокруг участников несколько аромаламп, содержимое которых источало сильный, но приятный пихтовый запах, пояснив:
- Это священные воскурения смолы норвежского кедра, выросшего на вершине утеса фиорда Тронхайма в час летнего солнцестояния. – Несколько адептов с должной моменту торжественностью помогли главе «возжечь воскурения», и запах стал еще сильнее. Антон попытался было соотнести кедры, Норвегию и какой-то там утес, но его мысли отчего-то сбивались.
Далее фрау Марта взяла в руки большую чашу, наполненную, судя по запаху, белым вином. Из чаши торчала ветка с прозрачно-белыми ягодами.
- Сейчас каждый из нас сделает глоток вина Фрейи, в чаше с которым лежит ветка омелы, как символ смешения плотского и мистического…
Чаша пошла по кругу, а Антон уныло размышлял, что ягоды омелы, кажется, дают какой-то психотропный эффект… Но не пить нельзя, и имитировать, что сделал глоток, наверное, тоже не получится: глава секты внимательно следила за каждым движением своих подопечных. А ему, как новичку, тем более выделяться не следует. Результатом размышлений Антона стал большой глоток – некрепкое вино, кажется, какое-то ягодное… Там, где почитают Фрейю, беда с виноградом.
Следующим шагом фрау Раух предложила каждому из круга выбрать руну, их как раз хватало на всех участников и одна оставалась для самой фрау Марты – традиционно кроме рун с изображениями была добавлена одна пустая – как символ непререкаемой божественной власти. Антон вытянул руну не глядя, перевернул ее… И ничего не увидел. Вытянул пустую… Тем лучше. Из божественной власти не составишь руноскрипт, зато скандинавские боги сами должны обратить внимание на просителя. «Интересно, как фрау Марта это устроит?» - ехидно подумал агент ФСБ под прикрытием.
Когда руны были разобраны, фрау Раух проговорила строго.
- Сейчас мы призовем скандинавских богов. Они не смогут появиться в нашем мире в своем физическом теле, это будет всего лишь энергетически-информационная сущность, но я прошу каждого из вас оказать все почтение, которого заслуживают боги. Это понятно? – Женщина строго оглядела присутствующих, и от каждого дождалась подтверждения, что ее инструкции приняты к исполнению, а затем торжественно заговорила:
- Великие боги, создавшие мир, знающие былое и грядущее, мы взываем к вашей помощи, чтобы исполнить сокровенное в наших сердцах…
Антон негромко повторял слова вместе с остальными, отмечая про себя, что пока в этой, с позволения сказать, «секте» ничего опасного не видит. Распивают вино и проводят ритуалы на уровне детского сада…
После произнесения призыва все некоторое время торжественно помолчали, одновременно пытаясь почувствовать присутствие в одном с ними помещении божеств. Фрау Раух явно собралась что-то сказать, когда в дальнем углу комнаты, у стены с Иггдрасилем, раздался громкий ехидный смешок. Антон резко повернул голову на звук и… Удивленно застыл.