- Он самый. - Что-то человеческое промелькнуло в интонациях его голоса, до того официально-протокольного. - Не волнуйтесь, Ольга, мы успеваем. Проверьте, ничего не забыли? Документы…Возвращаться некогда будет.
Под перекрестным обстрелом взглядов и негромких комментариев наших “дворовых” пенсионерок, обсуждающих цены, сериалы, политическую ситуацию и пути ее разрешения, чью компанию нарочито игнорировала мама, я рылась в сумке, проверяя паспорт, “файлик" с резюме, бутерброд…ну мама!!!
- Проститутка! - вынесла жесткий вердикт “старейшина” двора, Антонина Тимофеевна, находящаяся с мамой во взаимной неприязни, распространявшейся и на меня, конечно.
Я вспыхнула, усаживаясь в автомобиль, Антон деликатно убедился, что я удобно устроилась, мягко прикрыл дверь и вернулся на свое место.
Машина тронулась.
Глава 4.
Ну вот, теперь у меня есть какое-то время, чтобы привести свои мысли в порядок. При том, что я не знала, куда и с кем еду, я отчего-то поверила в благополучное разрешение ситуации.
Внутри просторного салона автомобиля незнакомой мне марки стоял сдержанный приятный аромат явно женского парфюма, вкусный, совсем слабый запах кожи - вероятно, от цвета топленого молока задних сидений, которые были удобней, чем диван в моей комнате. На всякий случай прижала сумку локтем к себе, и, тихо вздохнув, принялась разглядывать дорогу, стараясь не смотреть на Антона, чем взгляд я то и дело ловила в зеркале заднего вида. Спокойный, уверенный, он и машину вел плавно, ровно, словно это был теплоход на пустой широкой реке. Кстати, я успела заметить, что окружающие нас машины беспрекословно уступали дорогу, пугливыми мелкими рыбешками перед вальяжной, неторопливой, но от этого не перестающей быть смертельно опасной акулой.
Из хитросплетений дворов моего района мы выбрались на шоссе, вот высотки сменились низкорослым пригородом, и довольно скоро мы уже летели мимо вычурных коттеджных поселков и сменяющих их перелесков.
Именно летели! В тревоге я попыталась поймать взгляд Антона - остановят же за превышение, опоздаем! Но нас не останавливали, хотя посты ДПС с завидной регулярностью появлялись на пути нашего следования.
- Алло? - Я встрепенулась. Телефонного звонка не было слышно, в руки телефон Антон не брал, они спокойно держали руль…Но тем не менее, с кем-то невидимым он вел диалог. - Да, Инесс, едем…. - Ага, видимо, та самая Инесса Давыдовна… - Минут пятнадцать, да, все по плану. А…вон как…опять? А Всеволод? Да, понял. Да, скажи Лине…Ангелине Львовне, что с минуты на минуту. Все, пока.
А, до меня дошло, что это какое то устройство для разговоров в машине, видимо. Так что, все меняется, отменяется, переносится?
- Что-то случилось? - Не могла не задать вопрос Антону, стараясь не показать свою тревогу.
- Не волнуйтесь, все в порядке, рабочие моменты. - В его голосе чувствовалась улыбка, и я невольно улыбнулась в ответ.
А он симпатичный. Лет сорока, такой представительный, спокойный, сдержанный. Идеальный мужчина для идеальной женщины. И улыбка у него добрая. Для меня это очень важно. Сейчас все больше встречаются ироничные, насмешливые, снисходительные. И мужчины - такие же, как их улыбки.
А машина уже свернула с шоссе на неширокую асфальтированную дорогу, скрывающуюся в лесу, сбавила скорость и степенно катилась по ровному серому полотну без трещин, ям и выбоин, стелющемуся среди стройных, как на подбор, высоких сосен, вплотную подступающих к дороге. И без того почти неслышный шум дороги сменило яркоголосье птичьего стрекотания.
Дорога уперлась в забор, высокий, сплошной, с мощными широченными воротами, уходящий в глубину леса по обе стороны дороги. Я заметила окуляры камер наблюдения и полное отсутствие кого бы то ни было. М-да, на автобусе сюда точно не доберешься, и это печально, потому что такси сюда будет стОить как полет в космос. И обратно еще. Волнение снова подкатило к горлу, похолодели пальцы. Без всякой на то необходимости я поправляла прическу - свой скромный конский хвост, пыталась вспомнить, взяла ли я помаду и пудру, чтобы освежить макияж, или хотя бы зеркало.