Вообще, мы на удивление быстро подружились с этим рассудительным малышом. К счастью и опять же удивлению, Данила не был избалованным, капризным, истеричным. Кое-какие барские замашки, конечно, присутствовали, но я быстро научилась закрывать на них глаза. Он любил, когда я читала ему сказки, любил мультики про зверей, любил задавать вопросы и в моем лице нашел верного оруженосца, сопровождавшего его в путешествиях по лесу с атласом растений в руках - мы изучали каждую встретившуюся травинку. В обмен на свою верность я выторговала полноценный обед после прогулки - первое, второе, и только потом десерт. В общем, с Данилой Кирилловичем можно было договориться.
Ангелину Львовну со дня моего “собеседования” я видела от силы три раза, примерно столько же - Инессу, и это меня ничуть не расстраивало. К моей радости, которую я старательно прятала глубоко внутри себя - от себя же самой, два раза на “детский” этаж приходил Антон с предложением попить вместе кофе в столовой - но оба раза Данила уверенной рукой уводил меня играть, и я лишь виновато улыбалась. Антона нельзя было назвать красавцем, но его всегда спокойная улыбка и теплый взгляд темно-серых глаз компенсировали неидеальность черт лица. А я уже была уверена, что никогда в жизни ни один мужчина больше мне не понравится…и в своем новом темно-сером костюме уже не казалась себе такой уж старой теткой, как привыкла о себе думать. Мягкий джемпер не сковывал движений, классического покроя брюки словно скрадывали так стесняющую меня полноту. Осталось сделать стрижку и покрасить волосы, но на это пока нет времени, тем более, что заболевший Данька вообще смешал все карты…Никто не уговаривал меня сегодня оставаться, но заглянувшего вечером в детскую спальню вечно хмурого Василь Дмитрича (а именно он увозил меня вечером домой и забирал по утрам на компактной, словно квадратной машине, и являлся одновременно кем-то вроде завхоза, и заодно супруга тети Маши) я всего лишь попросила оставить мне на кухне ужин, и он все понял, и вопросами “Когда домой-то поедешь” не досаждал. А Антон больше не возил меня на своей красивой, как акула, гладкой и стремительной машине…
Ой, ерунда все это…Лишь бы Данила поправился…Как я так быстро успела привязаться к нему, словно к бездомному котенку?
Наклонившись над кроваткой, я снова поправила сползшее одеяло. Снова пальцами коснулась горячего лба.
Я не слышала, как беззвучно открылась за спиной дверь детской спальни. Не слышала шагов по мягкому ковру. Вздрогнула только тогда, когда моего плеча коснулась рука и мужской незнакомый, тихий, словно охрипший голос тихо позвал меня:
- Аня?
Автор приостановил выкладку новых эпизодов