А вежливо?
A вежливо? Lerysol Д...
Моя любовь была, как мотор
подержанной машины за сто долларов:
его никто не просит заводиться,
а он заводится и заводится
Jonathan Earl Franzen
Извините. Простите. Позвольте. Если Вам не сложно. Будьте так добры. Буду Вам признателен. Спасибо. Благодарю. Ровно на 30 секунд собранных букв вежливости. А после....
Она занята уборкой шалаша, готовкой, он рядом, словно сытый кот наблюдает, как она это делает. Надо отметить, что делает она все неумело и совсем не так, как делал бы он, чуть быстрее ее, менее качественно, есть опыт. Особенность, он бы всем этим не занимался в кружевных трусиках из которых вываливаются созревшие загорелые. Балуетесь? Вам нравится аппетитные? Его они приводят в состояние легкой похоти, словно пробуждается персонаж в одном из пентхаузов заполоненной гостиницы, тот голодный. Нашептывая остальным убираться восвояси. Требует, управляя сенсорами подсознания, сперва легких прикосновений, доли секунды, и не только легких. С ним остальные борются, пытаясь угомонить спонтанные желания. Зашторивая происходящее, произнося слова второстепенные, переводя плавно в беседу, дабы отвлечь, запихнуть под замки пошлого. Балуются принюхиваясь, что позволят, рассказывают шутки теплые, услышанное, пережитое, все больше, больше кухня наполняется томностью с нежными бабочками. Им в отрезке с улыбкой на кончиках, смеются изредка до коликов. Так заведено, выбор мелодии за ним, приятно, но почувствовав трепет ветерка шаловливого, она начинает потихоньку проявлять своевластие делать то, что обычно не позволяют, слегка надкусывая. Нотки в голосе пахнут ростками требований, усеянными пока редкими шипами. Физика тел - бодрит, но лишь, как американские горки, невозможно кататься каждый день, возникнет тошнотная рвота... Без сопровождения музыки на подсознании, чего то большего, чем бытовое хищное наслаждение. Искра за искрой, выдан задаток на рождение тяги, тяги к особенностям, связям, обоюдному сумасшествию, к необъятной душе, выгребая на общее мусор из комнат прошлого, конструкциям мыслей, одеял слов, костра глаз, вороха отчаянных поступков. Жилистыми корнями к друг другу, переплетаясь, проникая восхищая, рождая желание заботы. Даже от действий, снова успокаивающих, словами фиксируется кусочек счастья, при этом иное рождается глубже. Бросьте, это просто кажется, от такого солнечного утра, чуточку тепла, понимания, что кошкою по постелям с вежливыми комплиментами, просто вымажется. Не оценят будущие с механикой на час, в апартаментах арендованных. Больнее от молчания своего отстраняющегося все далее, покачиваясь на волнах встреч, далее за буйки, пока не скроется совсем. Удерживая силою, вопреки, вызовет бурю поступками, словами, взглядами, скрипом коренных, бесполезно, и не от желания причинить боль, а просто не позволяя крюками швартовать в пошлое. А те прошлые, выслушав лавину негодования, поглаживая молча чуть высвободившееся обнаженное, маскируют истинное, подливая градусные, к себе в постель очередной раз уволакивая, одну за другой петлю набрасывая на растрепанную дурочку. Пахнет дичью пойманной. Почему? Словно волки набрасываются... Чуть сильнее надавив на страсть вспыхнувшую, исчезнет очередной, в лучшем случае до дома подбросив по утру. Набили желудок за полчаса- час лесные обитатели, ретируются. Пропуская мимо кончиков предложения уюта, тепла настоящего. Не отвечая далее на звонки с смс-ками, накормила, насытила, очередного чужого дефицит плотских потребностей. Под копирку ведут себя серые одинаково, провозглашая свободу собственную, полно недоверия, сарказмами пичкает. Бродят таких тысячами, голодных по лесу мегаполисов, растоптав в осколки доверие, позабыв с детства вложенное, чувствовать. Так устроено в стаях, сбиваются более спешные на ночных опушках, в переделке добычи со схожими, делятся, все ее секреты в койках с приключениями, на поверхность всплывают всегда в самое неподходящее. А после... Возвращение домой с перегоревшими предохранителями, дикое уснет замаявшись, а после заново продолжит охоту, защищая внутри обиженного ребенка, и снова пустая ночь. Одна, выброшена, глупая. А те? Далее рыскать за своим цветком особенным, нетронутый невежеством, не испачканный ложью, с целями, равную себе по интересам, в беседах на равных, воспитанную изначально правильно. Та, презирающая предательство, жонглирующая юмором, погружаясь с удовольствием в истории из страниц, чернилами испещрёнными прошлыми писателями. С искорками в них, волшебных, колдовских, обожаемых.
Захлопнула, страницы твои. "Временами, думаю, что зря потратилась. Но все же. Официант, счет, пожалуйста. Объявили посадку, пора. Как ты можешь, не соскучится по мне? Любишь искренне? О чем скучаешь, разлучившись на ...? Нависая, прижимая, прикасаясь, причиняя, заглядывая. Что ищешь в них? Тысячи слов, контент с кровоточинками, что манит в них? А меня небо из звезд согревает внутри. Не хватает лишь родного тепла.Вежливо? Прилетай, дурак ты. Соскучилась."