Грустно и...
Грустно и смешно. Резкий визг тормозов, и снова у края, сейчас чуть проще, руки знают, что делать, легкие дополнительными галлонами кислорода прокачиваются, из серого исправно дубинами словно из ковра на улице палками лишнее терзающее выбивается. Совсем одиночество серым плащом накрыло, так легче воспринимать. Гребем взмахами, набирая как можно больше воздуха. Деревушки миллионные. Обхаживая повторно места, где встречали рассветы, провожая теплые звезды, обтирая влажные губы друг друга. Сердце распахнутые дверь, однажды просто поверили искренним, капли соленые звонко разбивающимся оземь. Все по прежнему куда то спешим, прыгаем в авто, самокаты в сервисе, забыв о пеших размеренных с размеренными запахами. Что осталось ? Слетело ненароком с губ одинокой ноткою, а далее невозможно оставить мелодию запахов проникающих в каждый взгляд. Поступки, слова минусовые за словами холодом в обиде обронены или вовсе нет. Назад, назад испуганно украдкою, исключив даже шорох мягких ступней. Только лязгание тяжелого тесака отсекающего лишнее в барабанных перепонках словно швейцарские часы сломаны. В сером воспоминания, никуда не стираются. Словно чип в сердце вживленный, ежедневно бетоном слоями событий новых, пряча прошлое в чулане.
Грустно и смешно.Новые. Погостив. Уезжают после недели уже завтра, командировка, море, к себе в их берлогу, нет желания их возвращения, тишины, вакуумной тишины хочется. Такая глупость быть серьезными. Выбивая, слушать их, без голоса, но с харизмой, словами напитанными болью смысла. Чужих, усталость, сторонних в такт кивками фоном, миг среди прочего запаха кофе, случайно родные нотки учуяв, вздрогнув, оглядываемся в поисках, истерика. Скорости DC комиксов в отношениях. Невдомек, что в промежутке бордовой таблеткой, лечат, обновляя кровь дозами, мыслями сторонними, произнесенными глупостями, физикой. Снова в одиночестве у окна птицы с крыльями, уносящий к экватору с теплыми волнам. Паримся по мелочам от намеков, вздрагиваем от звуков схожих прошлого. Такие, ни кем не воспитанные, без тепла, заботы, исключительно развлекая интересы собственные, с пластмассовой короной набекрень. Тонут пачками, очередной раз брошены, продолжат чернить противоположных, без понятия и желания понять произошедшее. Чувство вины ржавчиной, болотной грязно -зеленым самобичеванием.
Грустно и смешно.Ищем единственных по всем городам, сотнями деревень сканируем, тестируя гипотезы кейсов из окружения, в поисках же "белой вороны". Мысли стаями голодными, воплями, словно на кладбище осенью. Рыская голодным зверем по окрестностям, разбивал колени, сжимая веру в костяшках, обвешивая вдоль трасс трафика объявления нарезанные о жаворонках, любви к книгам, вежливостью. Каждому нужен кто - то настоящий каждой клеточкой. Айсберги и те тают отдают трещинам целостность, глыбы отношений незаметно тают, нанося сумасшедшие бедствия, по определению страдают невинные рядом приближенные, тонут в холоде минуса. Сколько еще стихийных бедствий предстоит для этой головы? Словно мишень на ладони в джунглях выжженных, просто зарядив на крупного можно добить, прихрамывая, кровоточат, выбираемся из под прицелов. Чаще звучат бармену повторения прошлого. Тату на легких выбиты, сжимаю время от времени, циничности капли в кровь добавлены, зрачки чуть в более темный окрасились. Волны беспощадные хоронят очередную Атлантиду, сквозь пальцы высыпается пепел последнего тепла. Но иногда запах прошлых отношений за месяцы из серого не выветришь, мокрые перьевые.
Захлопнула. Объявили регистрацию. "Будьте добры, счет, алкоголь включайте, тоже мой." В последнее танцую, пьяна, конечно. Прочих трубку не беру. Но проклята бессоница, иногда в обнимку с гаджетом, в ожидании. Все не то. Выжигаю. Танцую чаще одна у зеркал. Вино, виски, мешая изредка пузырьками шампанского. Симпатичные с кубиками во френдзоне в очереди, агрессивно намекают на нарушение границ установленных, неадекватны в желаниях. Пара дураков лебезят. Где-то тебе нужна я, а мне до воя нужен ты. Недостаточно. Голодна.Соскучилась.Родной псих. Когда ты уже на меня соскучишься?