Мама, ты мне так нужна. Что я без тебя? Прости меня, если можешь. Вряд ли. Знаю, мне никогда не вымолить у тебя прощения. И всё же, пожалуйста, прости.
В голове вереницей поплыли воспоминания, они толпились, устраивая сутолоку, одно перекрывало другое и бесконечная череда эпизодов замелькали перед глазами.
– Ты, как реликвию берегла всё, что было связано со мной. В конверте в комоде хранился бесценный клад: небольшие клеёнчатые бирки из роддома, на которых было написано: «Девочка, вес 3.200, рост-51см., твоя фамилия и номер палаты». Там же рядом лежали мои первые волосики и записки, которые писали тебе близкие и родственники после родов. В спичечном коробке ты хранила мои первые молочные выпавшие зубки. Ты берегла всё, что было связано со мной. А я тебя предала!
Откуда-то ворвался мамин голос тихий и такой родной:
«Улетаю на крыльях любви,
Завещаю хранить клятву верности,
Умоляю, не поддавайся соблазнам и лжи,
Избегай лицемерия и фальшивых нежностей…»
– Мама услышала меня. Наказ свой оставила. Всё запомню и выполню, дорогая.
И вдруг Оля застыла, перед глазами всплыло лицо старушки с автобусной остановки. Она по-доброму смотрела на девушку.
– Вот и покаялась, бабушка. Поздновато… – чуть слышно проронила Ольга.
– Лучше так, чем носить в сердце груз, – услышала девушка в ответ.
И тут она опомнилась, переведя взгляд на часы, что висели на стене.
– Что я сижу? Чего жду? Успею ещё проститься…
Она собралась очень быстро и уехала, оставив на столе записку для хозяйки квартиры и деньги за месяц вперёд. Так было прописано в договоре. Ключи отдала соседке.
Всё стало безразлично. Назад Оля не вернулась. Ей нечего было делать одной в чужом городе. А там – похоронят родимую, и тётя Вера рядом – последняя ниточка с беззаботным детством.
Жизнь так коротка, надо успеть сделать много добрых дел. Не забывайте о тех, кто подарил вам жизнь.
***
Конец