Что он планировал делать с ней?
Отдать ее Салем, чтобы та полностью раскрыла потенциал ее сил Девы, сделав ее послушной марионеткой? Или же отдать ее Озпину как знак его приверженности идеалам спасения человечества?
Возможности существовали в каждом решении — и Аифалу оставалось только ожидать развития событий, выбирая между ними.
Ведь его «госпожа» нуждалась в нем — а значит он был обеспечен многим. Деньгами, связями, но это все у него было и до того. Впервые за все время своей жизни Аифал был обеспечен величайшим ресурсом всего Ремнанта.
Временем.
Бог не любит двоицу
Синдер Фолл очень мало спала. Когда-то это было самой настоящей необходимостью — нерасторопность наказуема — но те времена давно прошли, и необходимость превратилась в привычку.
Для сна Синдер не требовалось более трех или четырех часов, и даже попытавшись насильно заставить себя спать — шесть часов было ее пределом, прежде чем ее начинало натурально тошнить от сна. Частично это было обусловлено тренировкой организма, частично привычкой, частично аурой и в каком-то смысле это было проблемой — Синдер просто физически не могла насладиться сном и медлительной ленивостью после пробуждения, однако вместе с тем это было самым настоящим благословением для нее также.
Синдер Фолл, когда у нее не было школы, присутствовать в которой той было необходимо, предпочитала проводить все свое время вместе с Джонатаном — неважно в каком качестве, в качестве «почетного караула», молчаливого собеседника или же тихого наблюдателя — однако это создавало и некоторую проблему. Поскольку, хотя Синдер и нравилось просто находиться в присутствии Джонатана — еще больше ей нравилось быть полезной Джонатану, в любом подходящем качестве — сортируя письма или высматривая потенциальных противников. Однако чтобы быть полезной Джонатану Синдер должна была тренироваться — и лишь очень малую часть тренировок Синдер могла совершать в присутствии Джонатана.
В таком случае время, что Синдер выигрывала благодаря своей возможности спать лишь несколько часов в день было идеальным.
Хотя и не было бы ничего неправильного в том, чтобы находиться рядом с Джонатаном пока он спит — Синдер могла пожертвовать несколькими часами, данными ей природой во время сна Джонатана чтобы в это время заняться тренировкой — и быть рядом, когда Джонатан проснется и займется своими делами. Идеальная ситуация, безусловно.
Именно поэтому, хотя сон Синдер и наступил в десять часов вечера — уже в два часа ночи она открыла глаза, бодрая и полная сил, готовая к утренней тренировке — после этого приготовление завтрака и, в зависимости от того, как долго решит спать Джонатан сегодня — Синдер либо встретила бы его завтраком, либо смогла бы вернуться к чтению трактата.
Спустя же секунду молчаливого осознания своего пробуждения, Синдер легко сбросила с себя одеяло, после чего поднялась и быстро начала собираться, не страдая такой проблемой, как «сонливость». Лифчик — то, что Синдер пришлось начать носить на фоне своего взросления — затем спортивные штаны — поскольку первым же делом ее ожидала тренировка — футболка и резинка, собирающая волосы в пучок.
Как и следовало ожидать, за три года волосы Синдер значительно отросли — но кроме нескольких стрижек, равняющих прическу, та их не укорачивала — в первую и главную очередь потому, что Джонатану, судя по всему, нравились длинные волосы — даже Нио отрастила их по этой же причине — и во вторую очередь потому, что в отеле, в прошлой жизни, Синдер, безусловно, было запрещено носить длинные волосы — длинные волосы требовали ухода и были совершенно негигиеничны, так что еще одна небольшая деталь, отличающая ее текущее положение от прошлого всегда была к месту. Однако на время тренировки длинные волосы лучше всего все же было убрать.
После чего, уже одетая и готовая к новому дню, Синдер сделала несколько шагов, открыв дверь, и выглянула в коридор.
Отлично, судя по тому, что за дверью Джонатана не горел свет — тот не решился засиживаться допоздна сегодня — а это значило, что он не мог заметить Синдер, бодрствующую в такой час.
Нет, конечно же Джонатан знал о происходящем, и не ругался на Синдер, опытным путем выяснив, что та действительно просто физически не могла спать слишком долго, просыпаясь посреди ночи, однако каждая такая встреча, в которой Синдер уже просыпалась, а Джонатан еще не успел лечь всегда вызывала у Джонатана несколько смешанные чувства — и если на свете существовала какая-то вещь, которую Синдер действительно не хотела — то это было «вызывать у Джонатана смешанные чувства».