Мгновение боли длилось агонизирующе долго, пробираясь по его телу, прежде чем Маркус понял, что его легкие теперь были полны крови.
Его голое тело кровоточило — его глаза закрывала кровавая роса — изо рта, из носа, из ушей кровь стекала каплями, медленно оставляя красные полосы на его белой коже.
Мгновение, продлившееся столь агонизирующе, столь бесконечно долго прервалось также быстро, как появилось — но боль осталась в его теле.
Маркус попытался подскочить, подняться на месте, но все, чему его удалось добиться — это оторвать одну руку от пылающего огнем и болью живота и стряхнуть выступившие на лице кровавые слезы.
Что это было? Откуда это пришло? Повторится ли это?
Существовало столько вопросов, что интересовали Маркуса — но не один из них не значил ничего. Не сейчас.
БЕЖАТЬ!
Только одна мысль пронзила разум Маркуса тогда, когда приступ бесконечной боли отступил.
БЕЖАТЬ ОТСЮДА ПРОЧЬ!
Маркус предпринял отчаянную попытку — превозмогая боль, не обращая внимание на бегущую по его телу кровавую росу, не пытаясь определить, продолжала ли кровь течь из его тела, подняться и броситься прочь.
Неловко выброшенная в сторону рука — игнорировать боль! — врезалась в пыль, в землю, смешивая кровь и грязь, поднимая его тело.
Не важно куда, главное — БЕЖАТЬ!
Маркус бросился прочь, не глядя на его тело. Боль продолжала бить по нему, словно бы клинок вспорол ему брюхо — но если его кишки не мешали ему бежать — не было смысла смотреть на них.
Нужно было бежать изо всех сил!
Маркус бросился бежать, ощущая, как ледяной пот и кровь смешиваются на его теле, падая вниз, и каждый шаг давался ему с болью. Но несмотря на боль все остатки его инстинктов, его навыков твердили ему только одно.
БЕЖАТЬ!
Маркус не заметил, в какой момент равнины сменились на небольшой лес, а затем на равнины вновь — но в момент, когда его взгляд почти смог различить его оставленный на поляне корабль — Маркус услышал голос.
— НА МЕСТЕ, РУКИ ВВЕРХ, СТРЕЛЬБА НА ПОРАЖЕНИЕ!- голос донесся до него со стороны…
Маркус успел осмыслить эти слова спустя несколько мгновений после того, как он услышал их. Его разум смог донести до него мысль о том, что, похоже, его смогли поймать. Его мысль смог соединить его чувство боли и голос, приказы с необходимыми действиями со стороны Маркуса, но…
Через несколько месяцев Маркус Блек смог бы восстановить вновь прежний уровень своих способностей. Свои умения, знания и, самое главное — рефлексы. Через несколько месяцев — но не сейчас.
Прямо сейчас Маркус Блек не успел среагировать на слова в то же самое мгновение, что он услышал их, продолжив делать то, что его инстинкты призывали его делать.
Маркус Блек продолжил бежать.
Всего два или три шага — но тот, кто крикнул ему не был готов… Нет, скорее, даже и не планировал реагировать на подобное замешательство.
Маркус неожиданно услышал громкий звук, после чего боль, ноющая немеющая боль в его животе стала мгновенно острее всего в одном месте его тела. Затем в другом. И в третьем.
Как-то отрешенно в его голове сложилось понимание, что громкий звук, что он услышал мгновение назад состоял из трех. Что он уже слышал этот звук. Громкий, тяжелый, неприятный.
Выстрелы — пришло к Маркусу позднее осознание, на мгновение — я не подчинился и они начали стрелять…
После чего его нога, занесенная для нового шага, неожиданно промахнулась мимо предполагаемого места, встав в неправильную позу. Вторая нога, занесенная для шага с замедленной тяжестью врезалась во что-то у нее на пути и Маркус понял, что он летит вниз.
Словно бы в замедленной съемке Маркус понял, что он падает. Так медленно, что он может разглядеть приближение земли к своему лицу.
Мгновение спустя лицо Маркуса ударила в землю и на секунду тот замер.
Было тихо, темно. Прохладно. Холодный ветер проходил по его голому телу. Прядь волос, взмокшая от пота, прилипла к его лбу…
А после пришла БОЛЬ.
И тьма.
…между хорошим и правильным…
Очень сурово.
Джонатан медленно выдохнул, после чего взглянул на лежащую перед ним одежду, пробитую несколькими пулями. Синдер, явно неспособная осознать суть действий Джонатана, тем не менее, лишь молчаливо продолжала глядеть на него, уверенная в том, что с какой-бы ни было целью Джонатан не совершил только что свои действия — целью для этого у него все же была.