Почему они, сотни, тысячи, миллионы жителей Мантла — не могли повторить подобного?
Робин была влюблена в этот мир. Прекрасный мир где всего один человек мог стоять против государства Гленн, против корпорации Шни, против бесконечной орды гримм. Для Робин это стало словно бы символом, финальной целью.
Не все ответили на ее призыв.
Шни становились сильнее и сильнее, их напор увеличивался день ото дня. Те еще живые люди, что надеялись на себя — на свой собственный маленький магазинчик, на свою семью — уничтожались. Равнодушно и беспощадно.
Новые и новые заводы, огромные супермаркеты — и все с этой проклятым снежинкой, гордо красующейся рядом с каждой новой вывеской.
Многие сдавались на милость Шни, уходили к ним на заводы и в шахты. Но находились и иные — те, кто верил ей, те, кто видел правду этого мира.
«Группа освобождения Мантла» потеряла своего лидера в конце концов — но Хилл приняла эту ношу на себя. Два года назад.
С каждым днем наглость Шни становилась все более и более явной. Их давление на администрацию Мантла становилось все более и более жестоким, пока…
Пока оно не пошло на убыль.
Закон, ограничивающий преференции корпорации Шни в эксплуатации Мантла. Показательный судебный процесс против притеснения фавнов в праховых шахтах Шни.
Люди почувствовали слабину Шни. Люди увидели, что даже белый левиафан не был неуязвим. Люди впервые поняли, что они не просто были единым человеком против непобедимого монстра. Нет, они были людьми — толпой — что могла противостоять столь огромному, но столь уязвимому левиафану.
Робин воспользовалась этим шансом, протягивая руку помощи людям. И многие шли за ней.
А после — разделение корпорации Шни.
Формально праховая корпорация Шни все еще оставалась единой — однако на самом деле теперь та уже не была полностью в руках Жака Шни. Оставаясь все еще главным управляющим корпорации теперь у него было множество заместителей, в наиболее важных областях торговли прахом.
Логистик, обеспечивающий поставки праха для армии. Советник, обеспечивающий функционирование Атласа и Мантла в областях первоочередной важности, будь то отопление или транспортировка. Наблюдатель, для заключения поставок стратегической важности в отношении иностранных государств.
Сперва Мантл радовался. Даже Хилл радовалась вместе со всеми?
Неужели Атлас услышал их? Неужели не все в Атласе плевали на Мантл с высоты своих роскошных дворцов? Неужели кто-то еще помнил о бедных жителях Мантла?
Конечно же кто-то помнил о них. Кто-то высокопоставленный. Кто-то богатый и влиятельный. Хилл до сих пор общалась с ним — или ней — получая не только информацию, но и связи. Поставки. Оружие, еда, медикаменты.
Но это был не генерал армии.
Это понимание пришло одновременно с вводом войск в Мантл.
Мантл никогда не любил Атлас. Многие выбирали лишь поднимать руки в немой ярости, грозясь на холодную махину Атласа, но кто-то выбирал действовать. Хилл не была первой, кто организовал подобную группу — не была и последней. Их было много.
Когда Шни пошатнулись на своих ногах многие считали, что их миссия была выполнена на этом — но понимание того, что они ошибались пришло позже. Вместе с первыми арестами.
Полиция Мантла и армия Атласа — они не церемонились. И в момент, когда люди опускали руки — на них тут же надевали наручники.
Понимание пришло к Хилл в этот момент.
Их врагом никогда не были Шни.
Не Шни заковали Мантл в кандалы. Они были лишь паразитом, получающим прибыл с создавшейся в текущий момент ситуации.
Тем, кто заковал Мантл в кандалы — был сам Атлас.
Борьба Мантла не закончится с гибелью Шни — борьба Мантла закончится с гибелью Атласа!
И когда войска Атласа и полиция Мантла, действуя по указке своей колониальной администрации, начали серию арестов — многие поняли это. Робин Хилл, когда-то работавшая на заводе и ведшая совершенно непримечательный образ жизни, лишь иногда собираясь вместе со своими единомышленниками, поняла, что ей было необходимо делать.
Она ушла с работы, покинула свою квартиру, перебравшись в трущобы. Многие последовали за ней.
Другие подобные ей группы посыпались одна за одной. Аресты. Иногда расстрелы. Иногда кто-то просто исчезал среди ночи без следа.
В трущобах Мантла люди исчезали всегда. Зайдя не в ту подворотню, встретившись не с теми людьми — многие люди исчезали день за днем. Но с момента пришествия армии Атласа это превратилось во что-то большее. Сотни людей исчезали бесследно каждую неделю.