Однако Джонатан был лишен возможной «смены» — и потому был вынужден проводить свое время в работе — двадцать четыре часа в сутки, триста шестьдесят пять дней в году, ежесекундно ожидая самые невероятные новости, что могли быть сообщены звонком через его свиток в четыре часа утра.
И никто в мире не был бы так благосклонен, чтобы дать Джонатану возможность выпить хотя-бы чашку кофе в момент его пробуждения ночью от новостей о начавшемся восстании, замеченной орде гримм или чего-нибудь более экзотического и невероятного, вроде падения метеорита и сошествия Братьев обратно на Ремнант.
Конечно же Джонатан нуждался в отдыхе — в часах спокойных успокаивающих экспериментов или тихом сне, когда мир был достаточно благосклонен к нему, чтобы позволить подобное поведение — или в секундах, когда он мог прикрыть глаза и медленно выдохнуть скопившийся за день спертый усталый воздух в его груди — и вернуться к своей работе, если очередной день был более напряжен, чем обычно.
Так что появление Джонатана на пороге академии означало две вещи. Хорошую — что по крайней мере на данный момент его текущий рабочий день позволил ему выкроить пару часов для отдыха. И плохую — что ему требовалось это отвлечение на данный момент, а это в свою очередь значило, что Джонатан достаточно устал для того, чтобы нуждаться в отдыхе.
Опознать причину его усталости в текущей ситуации было, впрочем, не сложно.
Гира Белладонна…
Синдер поджала уголки своих губ, прежде чем скользнуть взглядом по продолжавшему что-то механически бубнить себе под нос преподавателю, не более заинтересованному в данный момент в занятии, чем не слушающие его будущие охотники, занимающиеся любыми делами, кроме тех, которыми они должны были заниматься на занятии.
Поразмышляв пару мгновений, Синдер тихонько смела свои учебники в портфель, после чего молчаливо поднялась из-за стола и тихим быстрым шагом направилась прочь из класса — на что преподаватель, естественно, заметивший ее действия, не обратил внимания — как и окружающие ее студенты. В конце концов Синдер являлась дочерью короля Гленн — и исключая даже этот факт — и факт того, что она давно определилась со своим будущим после ее выпуска из академии — ее оценки и учебная репутация были настолько непоколебимы, что гораздо проще и правильнее для остальных было просто не обращать внимания на ее небольшие нарушения учебной этики.
Это же Синдер Фолл — какая разница, чем она занимается, если она сама давно может преподавать в этой академии?
Взгляд Синдер скользнул по незаинтересованным студентам и преподавателям, прежд чем наткнуться на немой вопрос Нио, пытающейся вызнать у Синдер, требовалась ли той сейчас поддержка и стоило ли Нио отправиться вместе с Синдер в данный момент. Конечно же в отличии от Синдер, на действия которой смотрели по большей части сквозь пальцы — действия Нио привлекли бы внимание преподавателей — однако когда Нио заботила дисциплина и правила? Более того — пусть и не обладающая таким большим кредитом академического доверия, как Синдер, Нио все еще могла вырваться с занятий в случае необходимости — особенно будучи самый выдающейся в рамках своих боевых навыках охотницей, особенно будучи дочерью Джонатана — приемной - и особенно в данный момент, когда, казалось, большая часть студентов могла покинуть аудиторию без ведома преподавателя.
Однако Синдер только чуть качнула головой, позволив Нио погрузиться обратно в ее полукоматозное состояние выслушивания лекции преподавателя, прежде чем выбраться из кабинета и быстрым, но спокойным и уверенным шагам направиться вдаль по коридору. В конце концов она прекрасно знала месторасположение кабинета Джонатана — и прекрасно знала, что Джонатан вернулся именно в тот в данный момент.
Встреченные же на ее пути редкие преподаватели и студенты даже не повели бровью, глядя на ее движения, давно привыкшие к действиям Синдер — а потому спустя всего несколько минут Синдер появилась перед дверями кабинета, наблюдая укрепленное лакированное дерево — а также двух агентов КРСА, старающихся выглядеть неприметно в текущих условиях, охраняя покой Джонатана по сторонам этой двери — но, конечно же, делающих это весьма неудачно. Впрочем, Синдер было сложно себе представить, кто на месте этих агентов не выглядел бы подозрительно, подпирая дверь своим телом.