— Нет, забрал информацию у Полендины, сейчас направляюсь к первой авеню. Заберешь как обычно, из закусочной,- Кайзер улыбнулся в ответ,- Какой эксперимент?
— Пытаюсь собрать эту проклятую машину Полендины,- мужчина на том конце поморщился,- Пока не взорвалась, но судя по искрам — это вопрос времени.
После этого, мгновенно определив по чуть насмешливому взгляду Кайзера его отношение к сказанному, мужчина поморщился,- У меня три ученые степени: по робототехнике, по медицине и по праху! Я не работал до этого никогда с аурами!
— Поздравляю тебя, в таком случае с открытием новых горизонтов научных знаний,- Кайзер кивнул,- Артур.
На эти слова Артур Уоттс на другом конце телефона только закатил глаза, прежде чем отключиться, прерыва диалог.
Артур Уоттс был третьим — но далеко не последним — куском, что Кайзеру удалось урвать из-под носа Совета и Айронвуда.
Ученый-одиночка, прославленный гений — так сильно обиженный на то, что Айронвуд носится не с ним, а с его научным соперником, Пьетро Полендиной… Кайзеру даже было несколько жалко, что мотивация гения, которого мир не видел со времен Фюрста была столь банальна. Просто желание делать больше — для чего ему требовались деньги, которые Совет перенаправил на поддержание проекта Полендины, а сам Уоттс получал финансирование по остаточному принципу…
Кто же знал, что и в этом тоже оказался замешан Кайзер?
После этого Кайзеру оставалось только найти Уоттса до того, как он предложил бы свои услуги кому-либо другому — а ведь он собирался сбежать в Гленн! — и подтолкнуть его к нужной мысли.
И вот, именно в тот момент, когда Айронвуд окончательно разобрался с Советом и мог обратить свое внимание на Кайзера — о, ужасная трагедия! Кто же мог подумать, что новейшая разработка прославленного ученого, Артура Уоттса, неожиданно выйдет из-под контроля прямо на открытом показе! Какая трагедия — столько убитых и раненых, даже сам генерал Айронвуд оказался ужасающе ранен! Его раны отправили его в больницу на полгода — не только расчистив на время политическую обстановку для Кайзера — но и заодно заставив его забыть о том, что Кайзер оставался единственным старым представителем Совета, практически ничего не лишившегося за время борьбы…
А случившийся после этого взрыв уничтожил тело Артура, не оставив ничего даже для опознания, какая трагедия…
Кайзер вздохнул и взглянул в окно, глядя на вовсе не впечатляющие панорамы Мантла за окном. Как только человек в здравом уме может выбрать поселиться здесь — тем более столь блестящий ученый, как Полендина? Артур обосновался в одном из убежищ самого Кайзера — это было понятно, в трущобах Мантла было столько незадокументированных людей, что можно было основать новое Королевство, но зачем Полендина бы решился на подобный шаг?
Кайзер покачал головой, возвращаясь к куда более насущным делам, чем размышления о характере своего знакомого — столько дел, столько дел…
Хм, возможно, стоит намекнуть той фракции олигархов, что выступают за признание Гленн на то, что генерал Айронвуд уже слишком долго не принимает их щедрых предложений? Или Жаку — на то, что генерал Айронвуд не сможет отказываться от их предложений слишком долго? А может быть проверить дела Мантла и как поживает их население, просто восхищенное делами Жака?
Столько дел, столько возможностей…
Кайзер улыбнулся сам себе, после чего шутливо отсалютовал в небо.
Спасибо тебе за мир возможностей, король Джонатан Гудман.
Жак Шни был человеком со множеством проблем.
Ох, если бы только этот Джонатан Гудман просто взял и сдох в канаве, как брошенный пес, коим он и был!
Если бы только он мог просто в один день упасть и свернуть себе шею — насколько легче стала бы жизнь Жака!
Но, с сожалением был вынужден констатировать Жак, Джонатан Гудман был жив. Утром, когда сам Жак просыпался — этот самоназванный Король был жив, а значит день Жака Шни был испорчен.
Ну что же, значит сегодня вечером его ждет стакан бренди…
Ха, Жаку стоило быть аккуратнее с алкоголем — или он закончит как Виллоу… Ха, это будет самым забавным моментом его жизни — если он вновь влюбит в себя эту женщину тем, что начнет беспардонно пьянствовать вместе с ней…
Жак задумался о перспективе подобного действия, после чего покачал головой. В отличии от своей жены он не был бывшим охотником, а значит большое количество алкоголя все же представляет для его здоровья проблемы — и Жак не собирался умирать раньше Джонатана. А значит стакан бренди — и все, исключительно для успокоения нервов.
Жак зевнул еще раз — он явно не был ранней пташкой, после чего взглянул на корреспонденцию на своем столе — упакованную по категориям Кляйном заранее…
Кляйн — этот толстый гном — Жак бы давно его уволил, если бы не его феноменальная полезность и потрясающее умение не попадаться под горячую руку, при том всегда возникая в самый нужный момент чтобы подлить алкоголя, подать ручку и увести Виллоу в сторону на очередном приеме, когда она опять напивалась и начинала позорить деловую репутацию Жака.
Виллоу, ха…
Насколько же все же забавно, что сложись жизнь Жака под другим углом — уже он мог быть финансовым аналитиком на службе у самого Кляйна… Ха, какое счастье, что Виллоу всегда была глупой, а Жак в ту пору слишком боялся конкурентов и успел заметить действия Николаса… Пф, создал финансовую империю, но так до конца своей жизни и не научился играть по правилам бизнеса…
Как все таки забавна жизнь. Жак ведь когда-то и не думал о том, что ему удастся соблазнить молодую охотницу, наследницу праховой империи Николаса и самую желанную невесту во всем Атласе, если не во всем мире — но ему это удалось. Он всегда был красив, а Николас, растивший свою дочь «в скромности» только помог Жаку. Красивое свидание на вершине «Атлас-плаза» со скрипачами, играющими ее любимую музыку, дорога из роз и пара прогулок под дождем, чтобы показать, насколько он «романтичен» и «близок к простым людям» — и всего через пару месяцев их уже было нельзя отделить друг от друга… Точнее, Виллоу нельзя было отделить от Жака — она всегда была до ужаса приставучей.
А после этого все было столь прозаично — Жак сменил фамилию, получил от Виллоу ее долю акций — и стал фактическим владельцем финансовой империи Шни.
Ситуацию омрачало немного лишь то, что формальной владелицей все еще оставалась Виллоу — но тут Жак мог только поблагодарить судьбу за то, что удача была на его стороне и вместо того, чтобы бороться с ним Виллоу, чье сердце было разбито, в итоге все же предпочла просто сдаться и начать напиваться до беспамятства каждый день, и не подумывая о том, чтобы отобрать у Жака обратно империю Шни.
Кляйн же был дополнительной деталью, которой Жак только был рад — этот толстозадый гном с самого начала не мог перестать ходить за Виллоу хвостиком, кажется, даже не понимая, что этим он только делает ситуацию хуже для нее. Он мог обещать любить ее сколько угодно, но реальность была такова, что по заключенному брачному контракту Жак получил бы от Виллоу за ее измену не только фактический, но и формальный контроль над праховой корпорацией Шни. Виллоу же… Виллоу могла бы знать об этом факте, если бы хоть когда-то трезвела достаточно для того, чтобы хотя бы просто увидеть одного Кляйна своими глазами. Но вместо этого Виллоу предпочитала напиваться так часто и так сильно, что Жак даже не был уверен, что Виллоу вообще знала о существовании Кляйна.
Хм, в последние дни он стал больше думать об отвлеченных вещах — неужели на него так действует осенняя погода? Если так — то ему стоит иметь это ввиду на будущее.
Вздохнув, Жак протянул руки к корреспонденции на его столе, к первой стопке, после чего взглянул на ту.
Отчеты от его корпорации — хм, оставалось только надеяться на то, что по крайней мере они смогут его порадовать.
Вытянутый из папки первый лист оказался, как и следовало ожидать, сводкой доходов, расходов и прибыли его корпорации — и, как и следовало ожидать, цифры на обороте радовали Жака своим количеством.
Пф, Королевство Гленн? Зачем оно ему было нужно, когда все деньги этого мира он мог зарабатывать на одном только Мантле⁈