— Да что такого? Всего глоток! Некоторые ребята из класса…
— Я сказал, нет! все! На нас смотрят!
— Зануда! — она показала мне язык, и взяла скатан сока.
— Вот так-то лучше!
Небольшая вступительная речь распорядителя, ответные слова моей мамы и нескольких гостей положили начало вечера. Всех пригласили в столовую на легкий фуршет, после которого должен был состояться благотворительный аукцион, средства от которого пойдут в детские приюты, расположенные по всему побережью. А потом танцы.
Моя мама каждый год подбирает разных музыкантов на Рождественский вечер. Сегодня она почему-то решила, что песни Элвиса Пресли будут вполне соответствовать предновогоднему настроению. Лирические баллады исполнял певец, с весьма приятным голосом. Мне, как сыну хозяев вечера, пришлось пригласить на танец, не только Селену и эту Монику (мне казалось, что у меня лицо кривилось, когда даже мысленно произносил это имя), но и других дам. А Джейс стояла все это время рядом с Филом и наблюдала за мной. Но как только заметила, что я учтиво откланялся очередной партнерше, отвернулась. Я фыркнул и пошел к своим друзьям.
Должно быть, самая знаменитая песня Короля рок-н-ролла заставляла пары нежно прильнуть друг к другу в танце. А Джейс стояла спиной ко мне и тихо мурлыкала слова песни себе под нос. «Возьми мою руку, возьми и всю мою жизнь, потому что я не могу не любить тебя…». Если бы она только знала, что я готов подписаться под каждым этим словом. Мелодия смолкла, и девчонка повернулась ко мне, ойкнув от неожиданности.
— Ты сегодня нарасхват! — Фил усмехнулся. — А вот я заделался охранником! Не понимаю только, какого хрена? Твоя очередь приятель, — он хлопнул меня по плечу, — Пойду, познакомлюсь с кем-нибудь поближе. А ты бы пригласил на танец Джейсон.
А, в самом деле, почему мне это до сих пор не пришло в голову? Я подошел к ней и протянул руку:
— Потанцуем?
Может, так было задумано, а может, голосовым связкам певца и в самом деле требовался небольшой отдых, но песня, что послужила саунд-треком для любимого всеми девчонками фильма «Приведение», звучала в исполнении самого Пресли. Кто-то из музыкантов включил трек на вертушке. И это было так… волнительно, что ли. Свет в зале стал приглушеннее. И это добавляло вечеру волшебства, интимности и романтики. Звездочки новогодних гирлянд, что были развешаны по стенам, мерцали в такт вальса. Елка, что во время фуршета официанты успели переместить из угла гостиной в центр (благо, это было возможно, моя мама все всегда продумывает до мелочей), дарила дух Рождества. И я ждал, что Джейс улыбнется мне, вложит свои пальчики в мою ладонь, и я закружу её в вихре мелодии. Но, не тут-то было. Она энергично замотала головой:
— Нет! — и потянулась к моему уху, — я не умею танцевать…
— Да как так? — я недоверчиво смотрел на неё. — Мне кажется…
— Я не хожу на танцы. Ни на школьные, ни в клубы. — Она отошла на шаг назад и хотела отвернуться, но я успел удержать её за запястье. — Я не знаю, как. Не умею…
— Иди сюда, — я потянул её к себе, — слушай музыку и доверься мне. Танцы в крови у всех девчонок.
Она робко подошла и положила ладонь мне на плечо, посмотрела мне в глаза из-под опущенных ресниц так, что я понял — она доверяет. Доверяет мне. Себя. Только мне одному. И тогда моя ладонь легла ей на спину, как раз в ложбинку, где прямая спина переходила в потрясающую округлую попку. Мне даже казалось, что сквозь ткань платья я ощущаю две прелестные ямочки над тазовыми косточками. Я чуть придвинул Джейс к себе и на ухо, стараясь сохранять частоту дыхания, прошептал:
— Слушай своё сердце. И меня. Это вальс. Раз-два-три, раз-два-три… Шаг, два-три, шаг, два-три…
Мы топтались на месте. И как ни странно, Джейс ни разу не наступила мне на ногу. Но вот только её движения были скованными. Взгляд упирался в складки под узлом галстука, а пальчики так сильно вцепились в мое плечо, что я чувствовал, как они слегка подрагивают. А Элвис пел, что «время идет так медленно и время может так много…» И мне хотелось верить ему. И тому, что эта девочка в моих объятьях моя, навсегда. Ведь мне так нужна только её любовь.
— Закрой глаза. — мои губы почти касались розовой раковины её уха. — забудь про всех. Только я. Только ты. Только музыка.
Она так и сделала. И это ей помогло расслабиться. Сейчас я чувствовал себя всемогущим Богом, что может и должен управлять этой девочкой, так растворившейся в моих руках. Мы уже не просто топтались на месте, мы медленно двигались в танце. И я едва слышно вторил голосу певца: «Are you still mine? I need your love, I need your love. God, speed your love, to me»