Не знаю, сколько еще я смогу выдержать? С каждой минутой, проведенной вместе, я хочу обладать ей все больше и больше. Но каждый раз, я каким-то шестым чувством ощущаю эту незримую границу, за которую мне пока переступать рановато. Да, я помню свой выпускной класс. И воздержание не входило в число приоритетов среди меня и моего окружения. Золотая молодежь, позволяющее себе многое. Свободное время, безопасное место, где тебя никто не застукает, и девчонки, готовые на все. «Пользуйся жизнью, пока ты молод» — это был девиз нашего класса. И мы пользовались. И свысока и некоторой долей презрения смотрели на тех зубрил и заучек, что кроме учебы не замечали никого и ничего вокруг. Помню, даже пари могли заключить, кто быстрее разведет на секс какую-нибудь «серую мышку». Не буду оправдывать себя, но, думаю, и в школе у Джейс есть место такому. И, наверняка, в её классе тоже есть такие «крутые» ребята. Лидеры, от которых шарахается вся школа. Но и дружбой с которыми кичатся. Мне хотелось думать, что моя девочка находится где-то посередине этих двух школьных миров. Но были и тревога и страх за неё. И так хотелось, чтобы она поскорее закончила школу.
А сейчас она сбегала по ступенькам крыльца, ко мне, закинув лямку рюкзачка на одно плечо. Её скейт лежал в багажнике машины: я вчера в мастерской Дэвида сам лично проверил, все ли с ним в порядке. Мне надо быть точно уверенным, что уж из-за неисправности этой игрушки, что я сделал собственными руками, с ней не случится ничего плохого.
— Привет! — она быстро чмокнула меня в щеку, пока я придерживал ей дверцу, и юркнула в машину.
— Привет! — я занял свое место и завел мотор. — Ну, вперед?
— Я ужасно волнуюсь, — Джейс вытерла вспотевшие ладони о джинсы на коленях. — И боюсь. Поговори со мной. Неважно, о чем.
О чем ей рассказать? Главное, отвлечь и снять напряжение? И я стал рассказывать ей о том, как прошел мой вчерашний день. Как мы с ребятами засели в мастерской и, смеясь и дурачась, «готовились» к сегодняшним соревнованиям. Что прокручивали в голове самые разные идеи, как можно усовершенствовать её скейт, но только так, чтобы изменения не были заметны членам жюри. Уж очень не хотелось получить дисквалификацию. Как выдвигали идеи, одна бредовее другой. Все это я рассказывал ей. И Джейс расслаблялась. Сидела и хохотала над моим рассказом.
— Да, — я ободряюще улыбнулся ей, — и Фил сказал, что придет поддержать тебя.
— Правда? — синие глаза широко распахнулись.
— Да. И моя мама будет ужасно волноваться. Ты должна ей позвонить, потом, и сказать, что все с тобой в порядке. Мне влетело! — я усмехнулся. — Я втянул «бедную девочку» в такой опасный и вовсе не мужской вид спорта! Кто кого еще втянул!
Джейсон мило улыбнулась:
— Я позвоню ей, обязательно позвоню.
Регистрация участников соревнований начиналась в десять утра. Потом жеребьевка, обязательная квалификация и осмотр скейтов техническими экспертами.
Возле фургончика фирмы «Lаkker» нас уже ждал Дэвид.
— Давайте побыстрее, — он открыл дверцу «Мерседеса» Джейс, — не хочется опаздывать.
— Я быстро, — она снова закинула рюкзак на одно плечо, — только переоденусь.
И она умчалась в трейлер. А мы стояли с Дэвидом, подошедшими к нам Олли и Тревисом, и разговаривали. Обсуждали участников и этапы соревнований. Ребята решили и сами поучаствовать в борьбе за главный приз в своих категориях и выигранные деньги, если такие удастся получить за призовые места, отдать Джейсон.
— Это лишнее, — я покачал головой и поджал губы. — Ребят, это…
— Чувак, — Тревис положил мне руку на плечо, — это наше решение. Плюс, небольшой процент за сделанные и проданные скейты. Она нам, как сестренка. Мы так хотим. Эту премию она получит в начале лета.
— Она не возьмет, — я стоял на своем.
— Доверь это нам, мы сумеем убедить.
Но вдруг Тревис резко замолчал, широко улыбнулся и прикрыл рот ладонью. А я услышал за спиной глубокий и шумный вдох и:
— Я готова!
Матерь Божья! Я готов был убить эту девчонку. Нет! Не девчонку! Передо мной стоял пятнадцатилетний пацан, которого я обвинял в краже дорогущего скейта полгода назад. Бесформенные штаны, толстовка, на несколько размеров больше того, который требовался, легкая шапка, надвинутая на самые брови, на руках темные легкие перчатки и стоптанные кеды на ногах.
— Джейс! — я схватил её за локоть и отволок в сторону. Сдвинул брови на переносице и грозно прошипел: — Если тебе нечего было надеть, могла бы сказать и мне! какого черта ты напялила на себя эти… лохмотья?!