— Что это еще за секретный стартап? Окей. Я два раза в неделю хожу на тренировки и один раз на английский, — тут же отчитывается перед нами Полина. — Но до пяти вечера я обычно на свободе. А ты, рок-звезда? — с притворной строгостью спрашивает она Славу.
Слава мнется, растирает ладонью затылок.
— Вечером по понедельникам, средам и пятницам я даю детям уроки игры на гитаре. — Он пожимает плечами.
— А в выходные? — оживляется Федя.
— В выходные школьный репетиционный зал забит под завязку, — хмурится Полина. — У нас остаются вторник и четверг!
— Ну, окей, значит, вторник, четверг с четырнадцати тридцати до шестнадцати тридцати! — решительно объявляет Федя. — И точка.
Мы все оборачиваемся к Славе, но он долго не отвечает. Только рассеянно крутит в руках пустой стаканчик из-под газировки, разглядывая, как по его стенкам стекают капельки.
Неловкость сгущается, как туман после дождя.
— Слав, — осторожно подаю я голос. — Нам без тебя нет смысла собираться. Кто петь-то будет?
— И кто будет делать вид, что все под контролем? — слабо улыбается Федя.
— Для этого уже есть я! — Полина тыкает его в бок. — Нечего отбирать у меня работу!
— Да не работа это, — шипит Федя, и они начинают препираться.
Сжимаю пальцы на коленях, чувствую, как мое внутреннее солнце снова угасает. Ужасно хочется, чтобы Слава поднял глаза, улыбнулся и сказал: «Я что-нибудь придумаю. У нас все получится».
Но вместо этого комнату пронзает резкий звук — подскакиваю, будто меня дернули за оголенный нерв.
— Да, Марфа? — Слава снимает трубку и встает так быстро, что едва не опрокидывает винтажный кассовый аппарат. — Тише, тише. Что случилось? Я сейчас приеду.
Он срывает куртку с вешалки, спотыкается о ножку стула, натягивает капюшон почти на глаза. Уже у двери останавливается, разворачивается и молча протягивает мне желтую шапку. Она приведена в порядок, а внутрь спрятан узкий сверток.
— С днем рождения, Тайна.
Мы с Полиной и Федей остаемся сидеть в полумраке, растерянные, с открытыми ртами и липкими от крема пальцами.
— Что это было? — шепчет Полина.
Федя пожимает плечами, уставившись в пустую дверь. Полина принимается листать телефон. И вдруг ее лицо меняется.
— Блин… — Она разворачивает экран ко мне. — Посмотри на список имен в просмотрах…
Я беру телефон и вижу под фотографией имя: Марфа_без_арфы.
Ну замечательно… Она каждый раз теперь будет срывать посиделки нашей четверки?
Глава 10
— Забав? Где ты? — ношусь по дому в поисках сестры.
Никогда еще выходные не тянулись так долго. Уже и не помню, когда в последний раз мне так не терпелось, чтобы наступили будни и я пошла в школу. Что же это со мной творится?
— Забава!
Наконец нахожу сестрицу в библиотеке. У нас большая квартира. Когда мы жили здесь всей семьей, не встретиться в коридоре с кем-то из родных было сложно. Во всех помещениях царил хаос: брат вечно караулил нас, чтобы напугать, Забава возилась с уличными щенками и котятами, которых выхаживала и пристраивала в добрые руки, а я бренчала на всех возможных музыкальных инструментах. Бедлам. Теперь же, когда папа с братом съехали, а мама… В общем, дом опустел.
— Ну чего ты не отзываешься? — ворчу на сестру.
— Прости! Углубилась в чтение договора, прежде чем подписать его.
— Да это обычная формальность, ставь свою закорючку.
— Ну не скажи. Мне не нравится этот пункт. — Забава стучит ногтем по строчке с мелким шрифтом. — Организаторы получают безоговорочное право использовать фото, видео и аудиозаписи участников. Без ограничений. На любых площадках. В любых целях. Вечно.
— Да это стандартная формулировка, — пожимаю плечами.
— Тайна, выступление может пойти не по плану! На сцене может случиться что-то комичное или еще хуже — трагичное. И тогда ты навечно завирусишься в интернете как мем.
— Ну и что, — фыркаю, стараясь казаться беспечной, хотя сама уже представляю, как блогеры делают стоп-кадр с моим перекошенным ртом и зацикливают в слоумо. — Пускай видят, как рождается искусство. Без фильтров.
— Да? Я не хочу, чтобы твое лицо оказалось на билборде с надписью «Номинантка на премию Дарвина». — Она снова перечитывает строку. — Я позвоню маминому поверенному.
Блаженно растягиваюсь на диване, предвкушая нелепую сцену флирта.
— Тили-тили тесто, юрист и невеста.
— Прекрати. — Сестра деловито берет телефон, но я вижу, что ее уши краснеют.
— Влюбилась в адвоката без крутого аттестата! Поцелуи под присягой — вновь запахло передрягой!