Захожу во двор, снимаю наушники, и вдруг замечаю: у парадной припаркован внедорожник отца. Мигает аварийкой. Я ускоряюсь. Ноги не слушаются, руки трясутся, а сердце колотится, как перед выходом на сцену. Хочу подбежать, распахнуть дверь и обнять папу крепко-крепко.
Но я притормаживаю. Отец не один.
Он обходит машину, галантно открывает переднюю дверь, и из салона появляется женщина. Она в норковой шубке, светлые волосы уложены в хвост, каблуки утопают в снегу. С заднего сиденья она достает большую коробку с тортом, папа тут же перехватывает ношу, придерживает пассию за локоть. Он что-то говорит — она смеется. Они обмениваются короткими, но теплыми взглядами.
Мне хочется превратиться в статую, но не выходит: зуб на зуб не попадает, с такой силой меня начинает колотить.
Сегодня мы должны были собраться в узком кругу, чтобы стать еще ближе. А он… Он привел в дом незнакомку.
Горло сдавливает, будто я стою посреди сцены, забыв текст. Речь, которую я репетировала, исчезает из головы. Отвожу взгляд и делаю шаг назад. Потом еще один, достаю телефон — пальцы дрожат, — больше всего хочется найти в контактах Шумку.
Но как я могу дергать его именно сегодня? Он так редко просит о чем-то для себя: все его время забирают учеба, работа, подготовка к последнему звонку и прогоны с нами. Он держит все под контролем, как лидер, репетитор и психотерапевт в одном флаконе.
Невольно набираю его номер. Просто хочу услышать родной голос.
Слава отвечает на звонок почти сразу. На фоне задорный смех, музыка, веселье. Различаю баритоны Егора и Вани. Марфы не слышно.
— Привет. Все нормально? — Шумка чуть напряжен. — Мне неудобно сейчас говорить.
Он не грубит, нет. Но звучит отстраненно. Я и сама понимаю почему: не стоило прятаться за кулисами, подслушивать, а потом вываливать накопившееся недовольство на Марфу. Не стоило устраивать сцену. Но тогда мне казалось, что иначе не выдержу. А теперь не выдерживает он.
— Извини, — говорю с надломом, пытаюсь держать себя в руках. — Просто… Я не знаю, с кем еще поделиться…
Пауза.
— Все в порядке, Тай? — Его тон меняется. Голос становится мягким. — Ты плачешь, что ли?
Стискиваю гладкий корпус телефона, пускаю все силы на то, чтобы успокоиться. Правда, эффект выходит обратный, и я только сильнее захлебываюсь слезами.
— Я пригласила папу на ужин. Сегодня! Все как ты говорил. Я правда хотела, чтобы он почувствовал, как я… — Пытаюсь втянуть носом воздух. — Как я люблю его, как благодарна за все. Хотела исполнить пункт из маминого списка. По-настоящему «быть милой папиной дочкой»! Но папа… Он… он привел в дом чужую женщину!
Слава молчит. Долго. Отходит подальше от музыки.
— Тай… — тихо произносит он. — Я думаю… ему тоже страшно. Он привел не чужую женщину, а любимую. Он привел ту, кто будет держать его за руку, что бы ни случилось. Это… нормально.
Замираю.
— Я так старалась… — Сжимаю телефон обеими руками, чтобы он не вывалился. — Думала, это будет наш судьбоносный вечер, момент, после которого все наладится. Но я не смогу, Слав. У каждого из них есть опора: Талант не выпускает из объятий жену, Забава светится рядом с возлюбленным, папа приехал с пассией. А я одна против всего мира! Хочу просто исчезнуть…
— Я сейчас приеду. Посиди в кафе возле дома, оно чуть ниже по улице. — В его голосе звучит уверенность. — Ты пойдешь на этот ужин. А я буду рядом, обещаю.
Прикусываю губу и киваю, как дура. Хотя как он может это увидеть?
— Хорошо, Слав, — выдавливаю фразу.
— Я скоро, Тай, — выдыхает он. — Не натвори дел.
Из трубки доносится скрежет, потом короткое: «Дай сюда». Стоит Марфе услышать мое имя, как она тут же слетает с катушек. Пауза. Телефон вырывают из рук.
— Оставь. Его. В покое. — Интонация Марфы ледяная, хлесткая, как удар по щеке. — Он попросил один свободный вечер. Один! Тебя об этом предупредили заранее. Он не твоя подушка безопасности и не твой личный терапевт. Уважай чужие границы, Тайна.
Грохот, дребезжание — и тишина. Звонок обрывается.
Я застываю с телефоном в руке, какое-то время просто жду, затем пытаюсь перезвонить — гудков нет. Абонент недоступен.
Сажусь в кафе на углу дома, заказываю чай. Сначала грею руки о кружку. Только потом пью. В телефоне десяток сообщений от Забавы, несколько от Таланта. Все спрашивают, где я, когда явлюсь.