— Беляна права, — закивал Святослав. — Всё необходимо тебе дадут, оставайся.
Баба Зина выдержала паузу и кивнула, — хорошо, пройдет неделя и мы уйдём.
— Макар, поможешь с посудой? — тот послушно кивнул, продолжая с интересом молчаливо наблюдать и слушать.
— Ну, а что потом, какие планы у тебя вожак? Пройдёт неделя, мы уйдём, и твоя защита пройдёт. Этому гаденышу ничего не стоит прийти за ней. Ты решил ей дать отсрочку до следующего полнолуния? Я не уверена, что вы его найдёте этой ночью.
— Я подумаю, как её спасти. У нас будет время до следующей полной луны.
— Макар, пошли со мной, в огороде поможешь, — Беляна утянула за собой Макара, давая возможность побыть вдвоём Святославу с Зинаидой.
Глава 11
— Зина, я обещаю сделать все что в моих силах, для защиты девочки.
— Мне не нужны твои пустые обещания! Один раз я поверила им, больше этого не будет! — Зина старалась не смотреть в его сторону и отводила взгляд. Слишком больно было смотреть на него не имея возможности обнять.
— Да пойми, это был мой долг, я не мог…
— Всё, Святослав, хватит! Ты сделал свой выбор много лет назад. Я не хочу больше говорить про это, есть дела важнее! Я пойду к Даше, посмотрю как она, — баба Зина вышла из-за стола и не оборачиваясь быстро вышла с кухни и направилась в комнату.
Даша мирно спала. Зина села у окна на стул. С её глаз потекли слезы, которые она старалась скорее смахнуть, чтобы никто не увидел. Вернулись воспоминания, чувства и вся боль, которую она пряталась столько лет. Ей нельзя было раскисать. Ради Даши, ради себя она должна быть сильной.
— Эта та самая женщина? — спросил Макар у Беляны, пока та выбирала продукты в погребе для ужина.
— Да, — коротко ответила она. Беляна старалась сохранять спокойный вид, но
в душе было неспокойно. Она помнила, как страдал брат, после вынужденного выбора.
— Так почему отец не пойдёт с ней?
— Потому что, твой отец человек долга, он не оставит клан и не нарушит данное слово.
— Но Беляна…
— Макар, — она тяжело вздохнула, — он знает, что ты с мамой был неразлучен, как хвостик и он не хочет, чтобы ты думал, что он предал память о ней.
— Беляна, я люблю свою маму и всегда буду помнить о ней, но и хочу, чтобы отец был счастлив. У него были печальные глаза сколько себя помню. И запах печали не сходил, даже в праздники. Мама не была его истиной, и я это знаю. Если это женщина его истинная, то он должен все бросить и идти с ней.
— Макар, ты ещё слишком молод и многого не понимаешь. Я и его иногда не понимаю. Да и, Зина, уже вряд ли сможет его простить, столько лет прошло, — Беляна поставила корзину с набранными в нее овощами на землю и подошла поближе к Макару.
— Вот чего я не понимаю, почему мы должны следовать законам, которые себя изжили. Если любишь, то бери свое счастье за хвост и не отпускай. Беляна, мы должны быть заодно. Помоги мне убедить отца. Он слишком долго страдал.
— Эти законы позволяют нам жить и выживать много лет. И один из них запрещает вступать с людьми в любовную связь. Мы тут бессильны. Представь, если люди узнают, что в лесу завелись волки и на нас начнется охота.
— Это глупые законы! Столько лет прошло. Пора менять что-то! Он одинокий волк, давящий в себе это чувство, о котором все мы мечтаем. Вот поэтому, мы должны его поддержать, Беляна! — не унимался Макар.
— Ох, не знаю, Макар, не наше это дело. Пусть брат сам разбирается. Лучше не лезь к нему. Сейчас уже и так вся деревня знает, что здесь люди. Будет много вопросов к нему, как к вожаку.
— Но он вожак и его слово закон! — Макар продолжал стоять на своем.
— Макар, ты прекрасно знаешь, что многие не видели людей, а про общение и создание с ними семьи я вообще молчу. Закон распространяется и на вожака. Всё, чем ты можешь помочь отцу, не лезть в это дело и не усугублять ситуацию.
— Беляна-а-а, — Макар подошел к ней ближе и обнял, — ты же знаешь, как я тебя люблю, ты моя самая любимая и единственная тетушка!
— Ой, какой подхалимаж включился, прям как в детстве, чтоб получить лишнюю порцию варенья, — улыбнулась она. — Но мне даже немного нравится, ты такой сразу милый стал, как в далеком детстве. Такой сладкий волчонок. — Беляна поцеловала племянника. — Я ничего не буду обещать, но сделаю все, что от меня будет зависеть и возможно чуточку больше.