Святослав дал слово Зине, рассказать, как все пройдет, но в день ее приезда домой он не пришел. Она собиралась пойти к нему в деревню, когда ранним утром раздался тихий стук в ее дверь. Зина неспеша пошла открывать, думая, что ей почудилось. На пороге стоял Святослав с букетом свежесобранных полевых цветов, которые он прятал за спиной.
— Доброе утро, — робко улыбнулся Святослав. Утром ему не спалось и, зная бойкий характер Зины, решил ее опередить и направился к ней. Он помнил разговор с Дашей, на что он надеялся и сам не знал. Этим утром светило солнце, попадая на капли росы, которая лежала после ночи на траве и цветах, решил просто порадовать любимую женщину букетом. Полевые цветы самые нежные, яркие. В них словно была душа в сравнении с теми, что продавались в магазинах. Букет вышел ярким и по своему нежным. — Вот, — протянул букет Зине, — тебе.
Зина растерялась. Букет этим тревожным для нее утром был приятной неожиданностью. Колокольчики, цикорий, ромашка, васильки, пижма создавали яркий букет и впервые за долгое время ей захотелось улыбнуться.
— Спасибо, — искренне поблагодарила она Святослава и взяла букет из его руки, — он прекрасен, — кивком головы приглашая его зайти в дом. Зина налила воду в стоящую на кухне вазу и поставила букет на кухонный стол.
Внутри Святослава все радовалось, смотря на радость в глазах любимой женщины. Впервые за долгие годы лед в его сердце начал таять. Если бы только у него была надежда, хотя бы призрачный шанс…
— Какие новости? — спросила Зина, оторвав взгляд от букета.
— С нашей стороны все получилось, осталось только ждать полнолуния.
— Если верить календарю, оно уже скоро, — Зинаида указала на календарь висевший на стене. — В какой день поедем обратно?
— Зина, я понимаю, что Дарья тебе словно внучка, но я не думаю, что это хорошая идея. Там будет слишком опасно.
— Святослав!
— Нет, Зинаида! Моя цель уничтожить тварь и спасти девочку, я не смогу отвлекаться на твою защиту.
— Я не нуждаюсь в защите твоей, или чьей либо еще, — сухим тоном ответила ему Зина. От былой радости, которые доставили минуту назад цветы не осталось и следа. Вернулся тяжелый груз давящий на сердце.
— Зина, я не смогу… ты можешь на меня злиться, орать, но я не позволю тебе быть там, рядом на этом поле боя.
— Ты не можешь мне говорить что делать! — жестом остановила Зина.
— Нет, могу! — перебил ее Святослав. — Послушай меня, пожалуйста, Зина, ты как и Даша, да любой человек под моей защитой от твари. Мне проще сосредоточить силы на спасении одного человека… У нас ест план, которого все будет придерживаться! Я отдаю себе отчет, что может все пойти не так и я не смогу отвлекаться защищая. Твой запах и мои чувства к тебе будут меня отвлекать от намеченной цели убийства, поэтому, хочешь ты того или нет, но ты останешься здесь, в безопасности! И если понадобиться я поставлю охрану, которая тебя не выпустит с участка.
— Какие чувства, Святослав! Ты ушел от меня! Ты бросил меня много лет тому назад! Я верила тебе! Я ждала тебя! я любила…— Зина боролась с подступившими слезами.
Святослав опустил глаза. Вся боль, все воспоминания, вся осознанность от того, что было и могло быть в его жизни, останься он рядом с любимой в тот момент нахлынули, дыхание стало тяжелым. — Если бы я мог вернуть назад время… я бы никогда не совершил той ошибки и выбрал тебя, а не долг. Эта боль будет со мной до самой смерти, но я не хочу потерять тебя, даже зная, что ты меня видеть не хочешь.
Зина отвернулась от Святослава, стараясь скрыть от него слезы, которые она не в силе больше была удержать. Она все еще его любила...
— В моем сердце была, есть и будет только одна женщина — ты. Зиночка… — Святослав медленно подошел к Зинаиде и слегка обнял за плечи. Он почувствовал тепло исходившее от рук и легкую дрожь пробежавшую по телу.
Зинаида повернулась к Святославу, посмотрев ему в глаза. Они общались одним взглядом, без слов. Она чувствовала запах любимого мужчины. Он пах лесом и чем-то родным. Ей хотелось вдыхать его аромат, как можно дольше, но она нашла в себе силы прервать этот момент о котором мечтала. Святослав осторожно вытер слезы с ее лица и оставил свою ладонь на ее щеке.