Пример фомитов меня не вдохновил, поэтому, едва мазь подействовала, я заявилась в местный медицинский центр и прошла кожную модификацию. В Шу-Каиме сталкерам оказывают любые услуги — знай только плати чеканной монетой! Правда, на операцию ушло все заработанное в первом рейде, но я тогда свято верила, что деньги в Стеклянном аду все равно что под ногами валяются — знай только не ленись собирать!
Теперь я, если честно, уже не так в этом уверена. Возни с кусайрами было много, а хабара набралось — слезы. А еще передний тормоз «Рыси» заскрипел так, будто в него насыпали битого стекла — что, кстати, так и есть. Стеклянная пыль спрессовалась с маслом в абразивную пасту и теперь жрет колодки и диски. Ремонт влетит в деньгу… Ну да ладно, еще не вечер, может, встретим что-то или кого-то повыгоднее.
— Привал, — скомандовал Принцесса.
Я подавила желание сообщить, что совершенно не чувствую себя усталой. В пустыне следует предельно экономить все, собственные силы в том числе. Усталость может накопиться, и это скажется в решающий момент… В Шу-Каиме никто не ведет учет сталкерам, уходящим искать удачи в Стеклянном аду, однако на днях я стала невольным свидетелем скандала в гостинице: мой сосед по этажу провел ночь у женщины, а на другой день обнаружил свои вещи в кладовке, а комнату занятой, хотя внес оплату за неделю вперед. Но если сталкер не вернулся в гостиницу, никто не станет сохранять за ним номер — благо желающие попытать счастье в Шу-Каиме не переводятся.
Мы поставили байки в короткой тени дюны и развернули термоизолирующий тент. Тарик бросил каждому по банке саморазогревающихся консервов — рис с мясом, почти не соленый и оттого довольно противный. Юсуф, мечтательно улыбнувшись, достал холщовый мешочек с финиками и раздал всем по три штуки.
— У нас говорят: шести фиников достаточно, чтобы пересечь пустыню, сразиться с врагами и всю ночь провести в утехах с женщиной, — заявил Принцесса.
— В смысле, «в утехах», ска? — нахмурился Тарик. — В лапту что ли играть?
Юсуф закатил глаза:
— Нет, Тарик. Не в лапту.
— А во что-ять? В домино? В нарды?
— Трахаться, — не выдержала я. — Юсуф имеет в виду — трахаться с женщиной.
Тарик подумал секунду, потом его серая морда чуть просветлела:
— А-а-а… Ну так бы сразу и сказал, врот. А… причем тут финики?
Смуглое лицо Принцессы тронул румянец, густые ресницы затрепетали, бросая тень на нежную кожу щек. Немыслимо красивый магрибинец был уже не рад, что попытался ввернуть изысканную восточную мудрость в беседу с простым, как поморский валенок, уруком.
Финики, однако, оказались хороши — сочные и на удивление не приторные.
— Чтоб трахаться, женщина нужна, а никакие не финики! — не унимался Тарик.
Я сжалилась над Принцессой и резко сменила тему беседы:
— Куда дальше двинемся? Видел следы какие-нибудь или приметы?
Кажется, я не особенно помогла — бедняга Юсуф смутился еще больше.
— Если честно… не так чтобы приметы… в общем, не видел. Давайте возьмем как ориентир вон ту гряду. А дальше… ну, по обстановке.
— Чо за хрень — «по обстановке»? — взвился Тарик. — Мы в пять утра вышли, добыли только дюжину сраных кусайр, а теперь — «по обстановке»?
— Охолони-ка! — одернула я урука. — Юсуф нас вывести из аномалии по ветру подрядился. В остальном — такой же охотник за хабаром, как мы с тобой, ничего он тебе не должен. Если хочешь, чтобы тебя за ручку по Стеклянному аду водили, чего к профи в отряд не подался?
— Так те, ска, профи новичкам доли в хабаре не выделяют, — вздохнул Тарик. — Самые охреневшие даже вступительный, врот, взнос хотят… Сама не знаешь что ли?
— Знаю, — я подмигнула. — Вот поэтому я и с вами!
Действительно, хотя я неплохо стреляю и уверенно вожу байк, в артелях профессиональных сталкеров мне предлагали работать чуть ли не за еду, даже снаряжение за свой счет — при этом, как я подозревала, меня же и планировалось при случае бросить на амбразуру. По крайней мере когда такая артель возвращалась из рейда без новичка, неприятных вопросов никто не задавал, здесь это считалось дурным тоном.
Допустим, сожрать себя я бы не позволила, но перспектива рисковать шкурой задарма в обмен на возможность созерцать работу легендарных сталкеров — как будто кто-нибудь за пределами этого забытого Илюватаром гадюшника в курсе их легендарности! — меня категорически не вдохновляла. Дело в том, что для выполнения задания Государя не хватало мне сущей мелочи — бешеных денег. По пути к границе я предавалась разнузданным фантазиям о том, как въеду в Касабланку, небрежно разбрасывая направо и налево золотые монеты, прямо на «Рыси» закачусь в холл самой роскошной гостиницы и сниму целый этаж, а потом безудержно вольюсь в местную светскую жизнь. Если честно, я смутно себе представляла, что такое «светская жизнь», да еще в Африке, но едва ли это сложнее, чем управлять распределением энергии по губернии. Закажу шикарные платья, буду закатывать пышные вечеринки и стану совершать экстравагантные, что бы это ни значило, выходки.