Твою ж Галадриэль! Я не подумала, что рабы — не та штука, которую будут доставлять дверь в дверь! Наверняка продавец и покупатель встречались здесь только для передачи товара, а теперь… ищи ветра в поле. Значит, моя спасательная миссия вот так бесславно закончится, даже не начавшись?
Илюха уже слез с мотоцикла и ползал по земле, разглядывая ее, нюхая и чуть ли не пробуя на вкус.
— Смотри сюда, — он ткнул пальцем в едва заметную полосу, почти не отличающуюся от окружающего песка. — Видишь? Это след от шины.
Я присела рядом, пригляделась. Действительно, слабая борозда уходила на восток. Еще несколько таких же призрачных полос пересекали ее под разными углами.
— Тут встретились две машины, — пояснил Илья. — Одна приехала из Мачоси и вернулась туда же — масло дорогое, синтетическое, я таким же "Бизон' вчера заправлял. А вторая машина на местном минеральном масле, оно еще характерно так горелой соляркой отдает. Она пришла с востока и на восток же уехала.
Я почесала затылок. Это, конечно, такая себе наводка, к востоку отсюда — половина огромного континента. Но надо работать с тем, что есть! Мы медленно поехали по теряющемуся в песке следу.
Через десяток километров след слился с грунтовкой. Там распознать его было уже невозможно, но благодаря углу, под которым машина въехала на дорогу, мы определили направление.
Чем дольше мы ехали, тем очевиднее становилась безнадежность нашего предприятия. От дороги ответвлялось множество боковых путей, и по каждому за последние дни съезжали машины — все на местном дешевом масле, и следы протекторов давно наложились друг на друга. Наших девушек могли увезти во множество мест, жизни не хватило бы объехать их все. Из чистого упрямства я продолжала гнать вперед по главной дороге. День клонился к вечеру, теперь у нас не осталось шансов вернуться в Мачиси до темноты. Илья время от времени поглядывал на меня вопросительно, но, следует отдать ему должное, от комментариев воздерживался.
И судьба вознаградила меня за упрямство — я думаю иногда, что она охотно вознаграждала бы меня еще за что-нибудь, если бы было, за что. Среди объявлений, которыми была оклеена стена магазинчика, одно привлекло мое внимание. Я резко развернула "Рысь', остановилась и спешилась.
Между выцветшими бумажками выделялась одна, относительно свежая, распечатанная на цветном принтере. Краски легли неровно, с явным сдвигом контуров: синие оттенки съехали вправо, красные — влево. И все же с фотографии на меня смотрела Айше — но во имя Основ, в каком виде! Скромная турчанка, даже в обществе женщин покрывавшая голову, теперь стояла простоволосая, в обтягивающим ладную фигурку трико — и с отчаянно-яростным лицом. В руке она сжимала мачете. Над картинкой был текст латиницей, но на непонятном языке.
— Что здесь написано? — спросила я подъехавшего Илью.
— Это африкаанс… "Бойцовые ямы снова открыты'.
— Гос-споди твою душу… Там указано, как к ним проехать?
Илья прищурился, ладонь машинально легла на "татаринов':
— Приблизительно. Найдем… Хотя чуть опоздаем, шоу начнется через полчаса.
— Ничего, — я усмехнулась. — Вот подъедем и устроим им настоящее шоу.
Добравшись почти до места, мы оставили мотоциклы за барханом и пошли пешком, пригибаясь к земле. Илья держал "татаринов' наизготовку. Я шла следом, пистолеты в руках. Было уже почти темно.
Мы перевалили через гребень, и я увидела внизу бойцовую яму. Металлические контейнеры, сваренные в кольцо, образовывали некое подобие арены. На склонах лощины сидело с полсотни зрителей — пестрая смесь, в основном всякий сброд, многие со стволами. Свет давали прожекторы на вышках. Питал их старенький надрывно тарахтящий генератор.
На песке, в перекрестье лучей, я увидела Айше. Она была в коротком обтягивающем платье, босая, с мачете в руке; меня удивило, что робкая безответная турчанка стояла в бойцовской стойке, спружинившись, выставив оружие перед собой. Напротив нее, в клетке из толстых прутьев, металось что-то темное. Клетка еще не была открыта, и публика недовольно улюлюкала, требуя зрелища.
— Твою ж Галадриэль! — выдохнула я. — Они решили скормить ее какой-то животяге!
Руки чесались с порога перебить всю эту сволочь, но их было много, и сперва следовало разобраться, что к чему. Мы принялись наблюдать. Охранников в разномастном камуфляже было человек десять. Они то и дело подбегали к трем фигурам в кожаных куртках у выхода. Те важно кивали, отдавая распоряжения