— Возьми меня.
Если не получу информации, то хоть потрахаюсь. Это по-любому приятнее, чем валяться мордой в пол с заломленными руками… наверное.
— Взять — куда? — не понял Илюха. — Мы же пока остаемся здесь… А, ты в этом смысле! Гаечка, ты чудесная девушка и очень мне нравишься, но это немного… слишком внезапно. Не обижайся, я просто романтический провинциальный пентюх, не могу вот так резко… Давай я чайку поставлю, посидим-поболтаем!
Илья потянулся к сумке, в которой хранил горелку, повернулся к убранному мною оружию… и его голос изменился:
— Зачем ты передвинула мои стволы? — медленно спросил Илья. — Что… что происходит, Гайка?
Не отвечая, я наблюдала за его лицом, его движениями. Илюха смотрел на меня с недоумением — губы неплотно сомкнуты, глаза часто моргают. Хвататься за оружие он не стал. Попыток ударить или снова зафиксировать не предпринял. Не вел себя и не выглядел, как человек с нечистой совестью, защищающий опасную тайну.
И тогда я решилась:
— Не понимаю, почему ты так круто разбираешься в технике переливания виты.
Илюха сник. Сел на пол, но не рядом со мной — в дальнем углу, тяжело привалившись к стене. Сильные ловкие руки беспомощно легли на колени, кисти свисали, как паруса корабля в мертвый штиль.
— Так ты мне не доверяешь, — сказал Илья печально, но, вроде бы, без упрека и обвинений. — Знаешь, ты ведь на самом деле совершенно права в этом. У женщин здорово работает интуиция, и ты верно все угадала. Мне нельзя доверять… Но это не то, что ты думаешь! Торговлей людьми и воровством виты я не промышлял никогда. Столкнулся с этим грязным бизнесом… было дело. Кое-что пришлось узнать. Но перед законом я чист, Гайка.
— Почему же… ты говоришь, что тебе нельзя доверять?
— Потому что нельзя! Я… предал своих друзей, Гайка.
— Ты можешь мне рассказать, — тихо сказала я.
Илюха молчал, глядя в пол.
— Посмотри на меня!
Он медленно поднял глаза.
— Илья, я не святая! Если честно, на мне клейма ставить негде. Я толпу народа перебила… и не все из них были чистым злом. Меня за дело изгнали из страны, и приговорили к этой странной работе тоже за дело. Видит Бог — не мне тебя судить! Тебя это тяготит, я же вижу. Ты можешь мне все рассказать.
Илюха немного помолчал, потом вздохнул и начал говорить.
…Три пацана подружились на церемонии зачисления в Можайское опричное училище, и в тот же день с чьей-то легкой руки их прозвали тремя мушкетерами. Димка был чистый Атос — сдержанный, рассудительный, вечно невозмутимый; единственный из троицы он происходил из аристократической семьи и привык соблюдать дистанцию даже с теми, кому доверял. Шумный и азартный Мишка немедленно занял нишу Портоса, он вечно ввязывался в веселые неприятности, всегда находился в движении и даже если его заставляли сидеть на месте, непременно вертел что-нибудь в руках. Илье пришлось стать меланхоличным мечтателем Арамисом, он рисовал в тетрадках драконов и украдкой читал эльфийские баллады.
Не счесть, сколько раз они дрались — обычно с другими пацанами, но бывало, что и друг с другом. Сбегали на крышу после вечерней переклички, воровали пирожки в столовой, проявляли чудеса конспирации, чтобы передать друг другу шпаргалки на экзаменах. Однажды хором влюбились в молоденькую преподавательницу алхимии, но неделю спустя решили, что дружба важнее всяких глупостей — так несчастная осталась без их любви, о которой так, впрочем, никогда и не узнала. Когда Мишка нарисовал на доске прапорщика в обнимку с бутылкой, пять нарядов вне очереди получили все трое. Когда отец Димки на каникулы решил отправить сына в Крым, в лучший лагерь Государства возле Медведь-горы, мушкетер отказался ехать, пока путевки не купили всем троим. А Илюха… про себя он не смог вспомнить чего-то примечательного и яркого, просто таскался за друзьями повсюду и жизнь свою курсантскую представить другой не мог и не хотел. Разве что придумывал шифры из пляшущих человечков, и мушкетеры учили их, чтобы обмениваться секретными посланиями.
После училища все трое отправились служить в Ингрию — Димкин отец расстарался. Три года стажировки мушкетеры не расставались ни на день, а потом, правда, разошлись по разным ведомствам, но продолжали дружить… или Илюха верил, что продолжали.
Взрослая жизнь понемногу брала свое. Дмитрий женился — мушкетеры славно погуляли на его свадьбе. Мишка вел веселую беспутную жизнь, любил кутить в игровых домах — и подругу нашел себе под стать, оторви да брось; когда они расстались, друзья выпили вместе немало водки, утешая несчастного героя-любовника. Илья позже других, но тоже встретил добрую, умную и красивую девушку и с каждого жалованья откладывал деньги на достойное обручальное кольцо.