В первый же вечер я задала вопрос, который меня беспокоил:
— Скажи, а во «Вратах моря» у учеников бывают какие-то увольнительные?
— Конечно, это ведь школа, а не тюрьма.
— А разрешается ли… ну, встречаться с кем-то вне школы?
— Зависит от ланисты, — ответил Илья. — Ланиста на весь год обучения станет для тебя царем и богом. Однако какого-то сакрального запрета на связи на стороне для учеников нет. Когда-то в Древнем Риме гладиаторов считали заживо принесенными в жертву Основам, хотя развратным патрицианкам это ничуть не мешало заманивать их к себе на ложе. А теперь Арена — предприятие сугубо коммерческое. Впрочем, на самом деле оно всегда было таковым. Кровь юных воинов кипит от гормонов, а их подготовка обходится недешево, потому глупо отчислять их из-за бессмысленных запретов на то, что диктует им природа.
— Понятненько, — протянула я.
— Правда, живу я довольно скромно, — как будто невзначай добавил Илья. — Небольшие апартаменты в районе Анфа. Рядом пляж, торговые центры, аквапарки — все, что душе угодно. Двадцать первый этаж, вид на океан.
Я присвистнула. Хоть в Касабланке я до сих пор не бывала, но про Анфа слышала — это самый шикарный район города. Да, отставные гладиаторы определенно не бедствуют… И не похоже, что контракты Тайного приказа мой друг берет ради заработка.
— Надеюсь, ты скоро увидишь все это своими глазами. Правда, у меня тесно, всего три спальни, и обстановка такая… стандартная, две комнаты до сих пор без мебели. Конечно, купить дом в медине было бы правильнее, но с ним много мороки — и крышу сам чини, и с подачей воды вечно проблемы. Но, если ты захочешь…
Я решила соскочить с опасной темы:
— А если я поступлю во «Врата моря», кто станет моим ланистой?
— Хороший вопрос. Ланист всегда двое: один занимается цивильными, другой — магами. Моим ланистой был старый арагонец, дон Рамон Гарсия де ла Вега. Никогда не повышал голос, но умел отругать так, что тебе хотелось провалиться сквозь землю. Помню, как-то я допустил ошибку в стойке, и он просто подошел, поправил меня и сказал: «Если ты будешь стоять, как базарная торговка, то и умрешь, как базарная торговка — скучно и без славы». Черт, я до сих помню каждое его слово… Дон Гарсиа давно уехал с родины, но так и не привык, что повсюду нелюди. Однажды я видел, как он закатил скандал в ресторане из-за того, что за соседний столик посадили «грязных кхазадов». При этом в школе у него были ученики всех разумных рас — и он ни разу никого не выделил. Всех разносил на чем Твердь стоит, мало не казалось никому!
— Получается, я буду учиться у этого дона Гарсиа?
— Нет, его контракт со «Вратами моря» закончился, и он уехал из Касабланки. Старый черт не любил засиживаться на одном месте. Кто знает, где он теперь орет свое «¡Me cago en la leche!' Переводится примерно как "срал я на молоко, которым мама тебя вскормила'. А во "Врата моря» примут нового ланисту магов. Не думаю, что с этим возникнут проблемы. Эта должность — самое славное, что может случиться с телесником. Отбор, должно быть, уже идет — маги со всего мира собираются в Касабланке. Так что у тебя будет лучший тренер из возможных, я в этом уверен. Но вот кто это будет, не знаю. Могу только гарантировать, что в первые три месяца ты будешь ненавидеть его, как не ненавидела никого в жизни!
В те вечера мы разговаривали взахлеб — нам все друг о друге было интересно. Я рассказала и о том, что произошло со мной в рабстве, и о короткой, но не слишком-то славной карьере сталкера в Стеклянном аду, и об Ахаде, и о том, что было до того — оо Пинеге, о разъездах с уручьим табором, о Рейке и о начале войны на Севере, которая завершилась Лешуконской свадьбой.
Илье говорить о прошлом было труднее — в нем зияла незатянувшаяся рана, оставленная так трагически закончившейся дружбой. Но постепенно мне удалось переключить его на воспоминания, не связанные с мушкетерами напрямую: детство, семья, дела, которыми он занимался на службе. Множество людей, которые благодаря его труду и таланту смогли стать сильнее, а кто-то и вовсе вернул способность двигаться, потерянную из-за травмы или болезни. Или то, что было уже здесь, в Африке: жизнь ученика во «Вратах моря», восхождение на Арене, путешествия через этот нищий, страшный и удивительный континент. Как и я, Илья оказался здесь вынужденно, но успел узнать и по-своему полюбить эти места.