- Знаешь, милая, ради тебя я пытался держать себя в руках. - Продолжил он, выводя из моих мыслей. - Но это кажется просто не возможным. Я редко нарушаю свои обещания, но это точно будет одним из таких случаев. - Довольно прорычал эти слова, Джей провёл горячим языком по моей щеке, оставляя мерзкий мокрый след, заставивший прищуриться и отвернуться. Но такая реакция лишь спровоцировала язвительный смех. - Не нравится? - Наигранным милым тоном произнёс он. - Знаешь, мне тоже не нравится, когда ты не исполняешь обещания. - Спокойный тон сорвался на крик, вместе с которым мужчина выпучил глаза от злобы.
- Джей, успокойся, пожалуйста.
- Нет. - Громкий голос заставил вздрогнуть. Сердце съёжилось от страха, а слёзы начали быстрее и обильнее скатываться с глаз. В такие моменты любимый мужчина казался сущим дьяволом, страшнее которого ничего не могло быть на свете. - Ты отпросилась поговорить с Уэстли и вернулась спустя пять часов! Я места себе не находил! Что, понравилось, как он тогда тебя трахал? Решила повторить? Так не надейся. Я не доставлю вам больше такого удовольствия! - Слова Кинга казались безумными и заставляли леденящие мурашки пробежаться по спине. - Но не переживай, милая, всё будет как ты любишь - грубо. И так долго и много, чтоб от твоих чувств к нему ничего не осталось! - Больно схватив за бедра, парень нарочно сжал пальцы, вонзая в кожу. Резким движением приподняв ноги, он так же резко и грубо вошёл. И в отличие от всех предыдущих раз, сейчас я чувствовала страх, обиду... Что угодно, но только не возбуждение. Поэтому проникновение было сухим и жутко болезненным. Но это не останавливало Кинга и, не медля, он начал жёсткие толчки, каждый из которых разливался болью внизу живота. Заливаясь слезами, я пыталась оттолкнуть сильное тело руками, но Джеймс быстро схватил цепочку наручников, и прижал к кровати над моей головой. - К счастью, то время, что тебя не было, я провёл с пользой. С ними же куда проще, правда? Не зря ездил. - Раздался беспристрастный голос.
- Джей, пожалуйста, мне больно! - Завопила я.
- Милая, знала бы ты, сколько боли мне причиняют твои чувства к Уэстли...
- Да нет у меня к нему никаких чувств! Сколько можно повторять?!
- Что тогда вы делали столько времени вдвоём?! - Не останавливая доставляющую боль, говорил он, будто слетев с катушек.
- Мы говорили, представляешь?! Нормальные люди разговаривают, а не причиняют боль! Но ты же не понимаешь этого! Весь мир крутится только вокруг Джеймса Кинга! Заговоры и прочее дерьмо направлены только на его персону! Но это нихуя не так, Джей! Ты задолбал уже своей ревностью! Чувства или есть или их нет! К тебе они возникли сразу, а к Йену не возникнут, даже если он пол жизни рядом со мной проживёт! Потому, что не бывает любви из-за того, что так кому-то хочется. Она или есть, или нет! Но ты этого не понимаешь! Знаешь, мне говорили, что психопаты не могут любить, но я отметала в сторону эти мысли, думая, что всё не так. Но, видимо, ты и правда, не любишь меня. Тебе нравится мною владеть, причинять боль, но на любовь ты не способен! Как не способен сбежать от своей натуры и бросить убийства ради меня! И пусть я хоть на кусочки распадусь от боли и страданий из-за этого, главное, чтоб Джеймсу Кингу было хорошо! - Переведя дыхание, я нервно продолжила. - Знаешь, мне не нужен Йен, пусть он даже в узел завяжется ради меня. Но и ты с этими долбаными наказаниями тоже не нужен. Просто всё хорошее не сопоставимо с той болью, что мне причинил. - Наконец выговорившись, я понизила тон. - Пусти!
К удивлению, Кинг выполнил требование и отстранился, отпустив руки.
- Сними их! - Резко выпалила я.
- Куда ты пойдёшь? - Дрожащим тихим голосом спросил Джеймс, высвобождая из оков.
Но теперь ответа не последовало с моей стороны. Просто больше не было сил на слова. И как только Кинг освободил, я быстро зашла в ванную, где замкнула дверь, и, наконец, включила свет. Надев на голое тело халат, прислонилась к двери, по которой тут же сползла вниз, заливаясь слезами в истерике. Кинг много раз дёргал дверь и пытался поговорить, но я не смогла бы этого вынести. Сейчас хотелось побыть одной. Истерика не исчезала до поздней ночи, поэтому, решив смыть остатки макияжа с опухших от слёз глаз, я приняла тёплый душ. Но, увы, даже он не помог унять её. Поэтому ноги медленно поплелись к двери, у которой я рухнула на ковёр, поджав ноги к груди. Слёзы всё не унимались, а сердце тошно ныло, будто его вырвали из груди, оставив открытую рану. Сегодня я побыла частью спокойной жизни, полной надежд, и снова вернулась в свой маленький ад.