— Я перчатки связала.
— Ты права не имела! — повторил Янкл. — Это наша общая шерсть.
— Не варежки, а перчатки, с пальцами! Ты б хоть посмотрел сначала.
— Тогда и перчатки должны быть общие, — заявил Янкл.
— Глупый! — Кажется, Бейлка даже рассердилась. — Они на большую руку.
— Ну а у меня как раз рука большая! — повеселел Янкл и показал широченную ладонь.
— Значит, твои будут, — засмеялась Бейлка и побежала из амбара обратно в дом.
Янкл пошел за ней.
Эля Ейнес вышел, и Бейлка с Янклом остались одни.
Она протянула ему перчатки:
— Примерь!
Сияя, парень натянул на огромные ручищи пару перчаток.
— А знаешь что, Бейлка… — Видно, ему в голову вдруг пришла какая-то идея.
— Что?
— Мы теперь навсегда компаньонами останемся.
— Конечно, — согласилась девушка.
— И на свадьбу Антоша пригласим.
— Обязательно! — засмеялась Бейлка. — На самом почетном месте посадим!
1915
Маленький человек с большой головой
(Сказка)
Жил да был — и до сих пор живет — человек. Был он очень маленький, ручки коротенькие, ножки тоненькие, сердечко с горошину, зато голова — с ведро.
И человечек этот очень гордился, что у него целое ведро на плечах.
— Главное, дети мои, — говорил он, — это голова. От нее все тело питается. От головы такие ниточки тянутся до самых пят. Понимаете, дети мои? До самых пят!
При этом маленький человечек с большой головой брал лягушку, разрезал ее у всех на глазах, показывал и объяснял, что у человека все точно так же.
Сравнивая человека с лягушкой, он даже не считал нужным сказать «не будь рядом помянута».
И никто ни разу не попытался с ним спорить.
Потому что у маленького человечка с большой головой был еще очень длинный язык, который мог очень, очень много говорить без устали.
А еще маленький человечек с сердцем не больше горошины умел считать до миллиарда и мог сосчитать все на свете.
Однажды он вскарабкался на высокую деревянную колоду, чтобы людям, которых он называл «дети мои», было лучше видно, и спросил:
— Знаете, дети мои, сколько звезд на небе?
Все молчали, никто не знал.
А маленький человечек достал из кармана синее стеклышко, приложил к своим маленьким глазкам и сказал:
— Вот погодите, сейчас я сосчитаю… Одна, две, три, четыре, пять… — забормотал он себе под нос и через минуту громко объявил: — двести миллионов восемьдесят семь тысяч!
«Дети», пораженные огромной цифрой и огромной головой маленького человечка, прониклись к нему глубочайшим уважением и прозвали его «великий мудрец».
Многие стали приходить к нему с вопросами.
Один спросил:
— Что такое любовь?
— Ха, любовь! — рассмеялся маленький человечек. — Глупости это все! Я никогда никого не любил. Моя большая голова считает, что любовь придумали женщины и дети.
Вопрошающий удалился в смущении. Он как раз был сильно влюблен и очень хотел услышать ясный ответ. Но он поверил большой голове, пришел домой, засел за учебу и вскоре избавился от своей любви.
Потом пришел другой и спросил:
— Что такое вера?
— Ха, вера! — засмеялся маленький человечек с большой головой. — Чушь! Я никому не верю. Я думаю!
И верующий пошел в лавку, купил десяток книжек, прочитал и научился, как никому не верить.
Третий спросил:
— Скажи мне, большая голова, что такое сострадание?
— Ха, сострадание! — засмеялся маленький человечек. — Моя голова не знает, что такое сострадание, она рассуждает логически.
И человек, который до тех пор был добряком, пришел домой, начал рассуждать логически и тем же вечером вышвырнул на улицу своего старого отца…
Маленький человечек, увидев, что его слушаются, возгордился еще больше и начал проповедовать, чтобы люди избавились от сердец и стали выращивать себе большие головы.
И народилось поколение светлых голов…
Поколение маленьких людей, которые не знали, что такое любовь, и вера, и сострадание…
Жаль было на них смотреть.
Но они не ведали, что такое жалость.
И как-то раз у одного маленького человечка родился сын, и все увидели, что у ребенка увечье.
У него была маленькая голова и очень большое сердце.
Родители позвали большую голову и спросили, что она думает.
— Большое сердце — это очень серьезный недостаток, — ответила большая голова. — Он будет несчастен.
Ребенок услышал эти слова и рассмеялся.
— Что это значит, почему он смеется?
Ведь поколение большеголовых давно перестало смеяться.