Легко догадаться, что у всех «выводковых» млекопитающих потомство малочисленно — этим они, кстати, отличаются от птиц со сходной стратегией размножения. Ведь детеныш, чтобы сразу после рождения противостоять не вполне дружелюбной среде, должен быть достаточно крупным. И действительно, по размерам только-только родившийся «малыш» бывает лишь вчетверо-втрое меньше матери (а у «птенцовых» зверей размер новорожденного — обычно лишь несколько процентов размеров взрослого). Так что самка просто не может выносить больше одного-двух, от силы трех детенышей.
Но и среди звериной «мелочи» также есть звери с «выводковым» размножением. Одни из них — летучие мыши: самка рождает одного, редко двух хорошо развитых детенышей. Впрочем, становятся на крыло они далеко не сразу, так что выводковость у рукокрылых — совсем не та, что у копытных. Эта особенность крылатых зверьков легко объяснима: детеныши должны сразу же после рождения уметь подвешиваться, уцепившись за потолок или свод пещеры. А вот почему такие грызуны, как известная многим морская свинка или колючая мышь, являются выводковыми, в общем не совсем понятно: ведь все равно их немногочисленное потомство первые недели жизни проводит в убежищах под россыпями камней или в подземных норах.
«Учиться всегда пригодится»
При изучении поведения шимпанзе была подсмотрена совершенно удивительная сценка, как животные осваивали самое примитивное «орудие труда». Одной из обезьян очень хотелось достать что-то вкусное из узкой щели, куда рука ну никак не влезала. Ей нужно было воспользоваться каким-нибудь стержнем. Она сломила ветку дерева и сначала попыталась воткнуть ее в щель прямо так, не обломив отростки и не оборвав листья, да еще «против шерсти». Конечно, ничего не получилась. Раз, другой, третий — все безрезультатно. И после некоторых размышлений — а это были именно размышления, лицо шимпанзе было явно задумчиво, она крутила перед собой ветку, пытаясь что-то понять, — обезьяна зубами оборвала все лишние побеги и…
Надо было видеть, как животное сначала страшно удивилось, а потом обрадовалось, вытащив из щели лакомство (это был положенный туда кусочек печенья)! Прыжкам, визгу, уханьям просто не было конца: ура, получилось! Ученые, наблюдавшие эту сценку, явно узнавали в шимпанзе самих себя: ведь именно так делаются открытия и именно так первооткрыватель радуется своему успеху.
Но потом было еще интереснее: на переполох собрались остальные члены стаи и, заинтересовавшись происходящим, пробовали подражать первой обезьяне. И уже в следующем опыте все животные сразу же направлялись к заветному тайнику с лакомством, сорвав и ошкурив ветку дерева. Наверное, именно так наши пращуры учились делать свои первые инструменты — скребки, дротики.
Не менее яркие примеры обучения новым способам добывания пищи нам дают хищники. Волки, обитающие в прикаспийских степях, всю свою историю были чисто «сухопутными» животными и даже не помышляли об охоте на морского зверя. Когда люди стали добывать тюленя, серые хищники поначалу подбирали остававшиеся тюленьи туши и, наверное, почувствовали вкус к тюленятине. И вот произошло удивительное: волки перешли на ловлю живых тюленей, причем выработали достаточно сложный способ охоты.
Каспийская нерпа
Зимой, когда северные акватории Каспийского моря сковывает ледовый «припай», порой можно увидеть, как стая этих хищников с берега уходит в прибрежные льды в поисках каспийской нерпы.
На гладком, открытом льду звери не таясь идут «след в след», особенно не интересуясь окружающим: ведь их видно издалека, так что на добычу рассчитывать не приходится. Но при подходе к торосистым льдам, где обычно и залегают тюлени, хищники рассыпаются «веером». Каждый из них в одиночку осторожно крадется между глыбами в надежде обнаружить нерпу, опрометчиво удалившуюся от своей лунки. Тогда зверь из-за укрытия бросается на жертву, не давая тюленю уйти в воду, и громким подвыванием зовет сотоварищей — участь нерпы решена.
«Голь на выдумки хитра»
Не только в цирке, но и в природе, без всякого к тому содействия со стороны человека, а порой и вопреки его интересам, дикие звери ведут себя как завзятые «артисты». Разумеется, больше всего изобретательности они проявляют, когда нужно добраться до еды. Даже самая обыкновенная серая крыса, когда ей нужно добраться до еды, выказывает иной раз просто чудеса изворотливости.