– Не хочу. – В моем голосе звучит не свойственная мне решимость.
– Ясно. – Он делает вид, что его это не задело. Я смотрю на приборную доску. Часы показывают 6:51, потом 6:52. – Так значит, на этом все?
Я пожимаю плечами.
– Может быть. А может, и нет. – Я такая хладнокровная. Такая спокойная и собранная. Откуда это во мне?
– Прости, я не… я не понимаю. Что между нами происходит? – В его голосе слышится раздражение.
– Не знаю. А мы не могли бы просто иногда встречаться и… ну, просто встречаться, понимаешь? – спрашиваю я. Слова слетают с губ так естественно, хотя я не понимаю, откуда они взялись.
Джош со скептическим видом обдумывает мое предложение.
– Знаешь, это, пожалуй, самое странное, что я слышал от девушки. Ты правда не хочешь завтра пойти на вечеринку? – Кажется, он не в силах понять моего отказа. – Это ни к чему тебя не обязывает.
– Слушай, мне не хочется спорить. Если ты решишь, что больше не хочешь меня видеть, ничего страшного, я пойму. Но если я тебе нравлюсь, пусть будет по-моему. Пусть все будет, как есть.
Джош делает резкий вдох через нос и медленно выдыхает через рот. Я вздыхаю, изображаю нетерпение, тереблю ручку, готовая открыть дверь и уйти.
– Не знаю, – неуверенно отвечает он.
И я ухожу, не сказав больше ни слова. Я знаю, что парень смотрит мне вслед, и нарочно не оборачиваюсь до тех пор, пока звук мотора не растворяется в окутывающей меня тишине. Потом смотрю назад, но вижу лишь два красных огонька, светящихся вдали.
В понедельник я начинаю замечать, что люди смотрят на меня по-новому. Как будто мир вдруг четко разделился на два лагеря. Первый – тот, к которому я уже привыкла, состоит из людей, не подозревающих о моем существовании. Но появился и другой, члены которого бросают на меня самые разные взгляды: полные отвращения, жалости или любопытства. И я не знаю, в чем причина: в надписях в туалете или в том, что в пятницу я уехала с Джошем. Возможно, и в том и в другом.
Но здесь, в библиотеке, на меня не смотрит никто.
Здесь я в безопасности. Здесь все распределено по темам, алфавиту и номерам, все в полном порядке: философия, общественные науки, языки, техническая литература, художественная, А-Б-В-Г, пункт 1, пункт 1.2, пункт 2, пункт 3. Все логично, нет места для ошибок и недопонимания.
– Привет. – Джош внезапно возникает рядом, в узком проходе между стеллажами.
Я подпрыгиваю на месте и чуть не роняю книгу, которую держу в руках.
– Как ты меня напугал! – шепчу я.
– Опять напугал, – с улыбкой произносит он. – Прости. – Парень стоит, замерев, будто боится подойти ближе. – Все еще сердишься?
– Вроде ты на меня сердился, а не наоборот. – Хотя на самом деле не совсем так.
– Я не сердился. Просто растерялся.
Мне хочется ответить, что я тоже растерялась. И что рада его видеть и благодарна, что он не смотрит на меня так, как все сегодня. Но я не могу в этом признаться. Я должна быть уверенной в себе, сильной и решительной, потому что есть в нем что-то такое – не знаю, что именно, – отчего мне ужасно хочется быть уязвимой.
– Послушай, может, просто начнем с чистого листа? – спрашивает он.
Если кому и надо начать с чистого листа, так это мне, но для этого я должна вернуться в свою комнату в ту ночь, когда все произошло. А поскольку это невозможно, я отвечаю:
– Давай лучше не будем.
Парень смотрит на свои ладони, как будто действительно расстроен, разочарован и пал духом.
– Ясно, – шепотом произносит он и поворачивается, чтобы уйти.
– Но мы можем просто… продолжить. – Я касаюсь его руки. Он оборачивается. – Ведь это возможно? – спрашиваю я.
Джош шагает ко мне, и в его глазах загорается надежда.
– Да. Думаю, да.
Я киваю и улыбаюсь. Мне удалось все исправить. Не кому-нибудь, а мне.
– Тогда, может быть, обменяемся телефонами? – спрашивает он.
– Давай, – отвечаю я и смеюсь.
Парень тоже смеется и достает мобильный. Я диктую ему свой номер. Мне хочется, чтобы этот момент длился вечно. Чтобы он вот так стоял и улыбался мне.
Поскольку теперь у него есть мой телефон, я решаю установить определенные правила. Он звонит мне в тот же вечер и приглашает в гости.
– Прежде чем я снова приду к тебе, мне хочется, чтобы ты понял: мы с тобой не парень и девушка. В общепринятом смысле.
– Да, это ты уже говорила.
– То есть мы не будем ходить на свидания и все такое. Не надо знакомить меня со своими друзьями. Ходить по коридору в школе, держась за руки. Не вздумай ждать меня у шкафчика. И уж точно ни за что на свете я не стану болеть за тебя на трибунах во время баскетбольного матча!