Но однажды они простояли напрасно. Шли пешком к метро шоферы, поставившие на место машины, увидели ребятишек и сказали как можно спокойнее:
- Не ждите. Бабушка заболела.
Она четыре месяца пролежала в 5-й Градской больнице - с пробитой головой, с сотрясением мозга. Вся больница удивлялась: сколько такси приезжает к Пономаревой! Бывало, выстраивалась целая стоянка - едут мимо порожняком, с зеленым глазком, и непременно на минуточку заглянут, веселые, уверенные, жизнерадостные. Думали: сколько родни у больной Пономаревой! Видно, состоятельные люди - только на такси приезжают и никак не иначе! Потом только узнали, что и сама Пономарева - таксист, и гости ее - таксисты. А когда она возвращалась домой, целый кортеж отъезжал от больницы - многие постарались завернуть сюда к часу дня, когда она выписывалась. И внуков прихватили - всех четверых. Это была королевская процессия!
Теперь Мария Филипповна снова здорова, снова весело «мотается» по московским улицам, высматривает пассажира, быстро и аккуратно подвозит его. Как и ее подруги: Варвара Цаплина, фронтовичка, лихой шофер, Мария Соболевская - тоже фронтовичка, разведчица, Евдокия Соловьева и другие. Конечно, ничего не стоит сказать: хороший шофер - поди измерь его работу. Измерить можно - не только километрами смены, выручкой, холостым пробегом. Есть более наглядный показатель.
Каждый год, накануне 8 Марта, московские женщины-шоферы соревнуютсй в скоростном маневрировании. Раньше эти состязания назывались иначе: фигурное вождение автомобиля. Участники соревнования выделывают на автомобилях сложнейшие фигуры, которые по плечу только отменным мастерам: объехать небольшой круг, въехать, не задев стенок, в узкий, чуть шире машины, коридор, объехать змейкой столбы, пропустить мимо колес высокие пеньки… Нужна не только сноровка, отличное владение машиной, но и точный глазомер, аккуратность, выдержка. Вдобавок все фигуры надо исполнить в возможно короткое время.
В 1974 году бригада Александровой заняла командное первое место, а сама Людмила Николаевна стала победителем в личном зачете.
Это было накануне Международного женского дня. А в самый праздник Людмила Николаевна выехала в рейс: ничего не поделаешь - такая у нее работа. И как на беду, сначала не могла вовремя вернуться в парк оттого, что по дороге встретился инвалид, поднимавший вместо руки костыль, - пришлось поехать в обратную сторону почти от самого парка. Потом вдруг застряла машина - выскочила ось. Пришлось вызывать машину технической помощи.
Вернулась домой в половине двенадцатого ночи. Ее ждали - и муж, и дочь, и еще подарки. Как всегда, она рассказала, что произошло у нее интересного за день.
У нее всегда много интересного. На этот раз возила молодого японца с матерью. Они остановили ее утром на улице Герцена, и Людмила Николаевна сразу сообразила, что это японцы. Она подкатила точно к ним, потянулась, отворила дверь и сказала по-японски:
- Дозо.
Это означает: «Пожалуйста», «Милости просим».
Японцы так удивились, что сначала онемели. Вернее, он, молодой японец. Потом выяснилось, что он студент, знает уже и русский язык, а мать к нему приехала в гости из самого Токио.
Когда они сели, Людмила Николаевна сказала:
- Охайе газемас.
Это означает: «Доброе утро». Японка осмелела и о чем-то спросила. Людмила Николаевна, конечно, не поняла, объяснила, что японский язык она знает мало, всего несколько слов: «Большое спасибо», «У меня есть дочь», еще может попрощаться, пригласить в гости. Всему этому ее научили в Токио.
- В Токио? - удивился молодой японец, и Людмила Николаевна уточнила: научили токийские таксисты. Их представители сначала побывали в Москве, в пятнадцатом парке, а потом она в составе делегации московских таксистов ездила в Японию. Один раз даже водила такси марки «Тоёта». Правда, белых перчаток, которые носят японские таксисты, ей не дали, но прокатиться позволили, и токийские таксисты очень похвалили ее за то, как она вела машину.
Так она водит и «Волгу» по Москве. Даже лучше. Потому что в Москве она хозяйка. «Волга» хорошо слушается ее, а она любит Москву, машины, пассажиров. Теперь до конца своей трудовой жизни она будет только шофером - только таксистом, потому что понимает, что нашла в этой работе свое призвание.
КОМАНДАРМ ТАКСИ
Николая Ивановича Ипатова можно считать потомственным таксистом, хотя дед нынешнего директора второго таксомоторного парка, крестьянствуя возле Вереи, каждую зиму приезжал в Москву и занимался извозом. Хозяин давал лошадь, экипаж, сено, а также место для ночлега извозчику и лошади. Многодетный извозчик - семья пятнадцать душ - ночевал на постоялом дворе и питался то всухомятку, то по дешевке в трактире, экономя каждую' копейку, а весной все беспокоился, глядя на солнце: пора домой или можно еще денек подождать - жалко было пропустить дневной заработок (три рубля хозяину - остальные твои) и нельзя было возвращаться к земле неделей позже. С 1914 года старший Ипатов стал брать с собой в Москву сына Ивана. Ему уже шел одиннадцатый год, ростом он был высок, умел править лошадьми - чем не извозчик? Отец с сыном стали жить вместе в Дорогомиловском подворье, с утра разъезжались незаказанными вольными дорогами и встречались к ночи. Юному извозчику попалась смышленая лошадь. Видно, она всегда ночевала в Дорогомилове и чутьем угадывала, когда можно возвращаться домой. Отвезя последнего пассажира, мальчик засыпал на козлах и просыпался в руках отца: лошадь доставляла на место спящего извозчика без всяких приключений.