Бэтси. Здравствуйте, Трэвис.
Трэвис. Здравствуйте, Бетси. (Неловкая пауза.) Палантайна выдвинули кандидатом?
Бетси. Да. Теперь недолго осталось ждать. Семнадцать дней.
Трэвис. Надеюсь, он победит.
Бетси (с интересом). Как ваши-то дела, Трэвис? Я читала про вас в газетах.
Трэвис. Да... Все уже позади. Ничего особенного и не было. В газетах всегда преувеличивают. Пока еще трудно шею поворачивать, но это пройдет. Просто сплю больше, вот и все.
Трэвис останавливает машину у дома 34 на восточной стороне 56-й улицы.
Трэвис. Приехали.
Бетси роется в сумочке.
Трэвис. Нет, нет, не надо. Я плачу. Пожалуйста.
Бетси. Спасибо, Трэвис.
Бетси вылезает из машины и не торопится уходить.
Бэтси. Трэвис?
Трэвис. Да?
Бэтси. Может быть, я еще встречу вас когда-нибудь?
Трэвис (едва улыбаясь). Конечно.
Трэвис уезжает. Бетси смотрит вслед такси, которое медленно удаляется по 56-й улице.
Конец
Перевел с английского А. Н. Третьюхин
Перевод художественного текста неизбежно отсекает многие ассоциативные нити, связывающие этот текст с культурным опытом социальной среды. Думаю, что несколько ремарок относительно тех важнейших моментов в метафорике и языке фильма, которые не нашли отражения в переводе, окажутся небезынтересными
Внешние черты фильма (герой-одиночка, порочная женщина, враждебная атмосфера города и т. п.) заставляют рассматривать его в русле черного кино (film noir). На американской почве типичная для таких фильмов борьба одиночки за справедливость есть развернутая метафора на тему понятия «vigilante», т. е. человек, устанавливающий порядки доморощенными методами по закону фронтира. Тема «дикого Запада» в современном городе была бы тривиальной, если бы не замечание Скорсезе в беседе с П. Шредером о влиянии Ф. М. Достоевского. Это замечание побуждает искать в тексте и в фильме объяснения психологическому состоянию героя.
В этом отношении важную роль, на мой взгляд, играет упоминание того, что Трэвис постоянно употребляет какие-то таблетки. В тексте оригинала это совершенно определенные таблетки — бензедрин (benzedrine или, сокращенно, bennies). Бензедрин и подобные ему препараты, широко известные в 70-х годах, употребляются в качестве средств, помогающих преодолеть психические расстройства. Они вызывают бессонницу и повышенную инициативную активность. Нередко ими пользуются студенты, работающие по ночам, ночные водители и т. д. Поэтому подобные таблетки иначе называли driver («водитель»), truck driver («водитель грузовика»), что наталкивает на ассоциации с названием фильма «Taxi driver».
В сравнении с фильмом текст сценария дает намного больше информации о вьетнамском прошлом Трэвиса. В целом экранный вариант сценария делает из Трэвиса человека более сильного физически и психологически (например, он не дает Тому скрутить себя, а из интервью со служащим отдела найма в начале фильма мы узнаем, что он служил в морской пехоте, а не просто в армии, как в сценарии у Шредера). В тексте сценария из сцены с торговцем оружия становится ясно, что во Вьетнаме Трэвис в основном валялся по госпиталям. В фильме эта информация вообще отсутствует. Все это заставляет думать, что в тексте психологические мотивы поведения Трэвиса очерчены более четко.
Важную роль играет выбор имен. «Трэвис» — имя достаточно редкое. Полное имя — Travers («человек на перепутье»). «Айрис» (Iris) значит «радуга» (вспомним ее разноцветные очки). Определенную трудность представлял перевод прозвищ. Wizard (переведено «Старик»), что дословно значит «кудесник», «волшебник», «мудрец». Все эти русские варианты казались вычурными для мира таксистов. Doughboy (переведено «Доллар»), что значит «пончик» или «солдат-пехотинец». Однако «dough» может значить «деньги», отсюда и выбор перевода для того, чтобы отразить то, как жаден до денег этот человек.
И еще одно замечание. Маленькую роль молодого человека, который наблюдает за своей неверной женой из машины Трэвиса и который подтолкнул Трэвиса к насилию, в фильме сыграл сам Мартин Скорсезе. Играя эту роль, режиссер как бы направляет действие фильма внутри самого фильма.
А. Н. Третьюхин