Когда мы наконец доели вдвоем мой несчастный ужин, я попрощался с Луисом, и мы разошлись.
На улице уже стемнело, и я решаю отложить свою поездку в дом Мики до завтра.
Когда я оказываюсь в кровати, то долго не могу уснуть. Глаза устало закрываются, но мысли не утихают, не позволяя провалиться в сон.
Наконец я не выдерживаю и, вскочив, сдергиваю все белье с кровати и бросаю его в корзину для грязного белья.
На следующий день я почему‑то просыпаюсь в приподнятом настроении.
Пока еду, представляю встречу с Микой. Но что, если ее вообще не будет там? Может, она сейчас занимается своими делами?
Захожу в дом без стука и замечаю Мику, сидящую за столиком у окна.
- Давно не виделись, - кидаю я ей.
- Привет.
Как бы я она ни старалась, дрожащий голос выдает ее волнение.
- Все в порядке? - спрашиваю я.
- Да, а что?
- Ты какая то дерганая.
Я пристально смотрю на нее.
- Я всегда дерганая.
- Но сегодня как‑то слишком, - допытываю я.
- Просто день такой выдался, - отмахивается она.
- Расскажи.
- Но ты ведь пришел не за этим?
- Поговорим о той ситуации? - тихо спрашиваю я.
- Неважно, - отвечает она.
- Я не хотел тебя расстроить, - вполголоса говорю я.
- А чего ты хотел?
- Узнать тебя.
- Ты выбрал не лучший способ, - язвит она.
- Я увидел твою реакцию, - медленно говорю я.
- Издеваешься?
Она пытается освободить руку, но я только сильнее сжимаю ее, разворачивая Мику к себе лицом.
- Нет.
Ногтями свободной руки она впивается в мою ладонь, сжимающую ее плечо.
- Мне больно.
- Тогда отпусти, - простит она.
Морщась от боли, пытаюсь снять с себя футболку.
- Если ты думаешь, что так отвлекаешь меня от разговора, то ошибаешься.
- Вообще то ты меня ударила.
- Прости.
- Мика, - смотрю на нее.
- Что? - тихо спрашивает она.
- Почему ты злишься?
- Ты не можешь узнать меня, не позволяя мне узнать тебя.
Нервно закатив глаза, я взрываюсь.
- Я не хочу говорить о худшем периоде своей жизни.
Не стоило пускать ее в свою душу.
Устало вздыхаю, опустив голову. В воздухе повисло напряжение, но я чувствую, что меня сильнее и сильнее.
- Я устала. Я хочу спать.
Вижу по лицу, что Мика сердится. Ну, теперь не я один.
Мы даже не друзья. Но с первого дня нашего знакомства мы то и дело ругаемся.
Выключаю тусклый свет в комнате и снимаю джинсы. В темноте различаю Мику, снимающею с себя кофту.
- А ты всегда спишь в джинсах? - смеюсь я.
- Нет. Только когда сплю с парнями, о которых ничего не знаю.
- И как часто ты спишь с парнями? - ехидно спрашиваю я.
- Придурок.
Укутавшись в одеяло, она отворачивается. Я тяжело вздыхаю и ложусь рядом.
- Нет.
- Боже, - закатываю я глаза, - Не заставляй меня спать на кресле.
Молча двигаюсь ближе к ней. Носом утыкаясь в ее макушку. Я осторожно касаюсь ее талии, и меня мгновенно бросает в жар, но я пытаюсь не терять голову.
- Я все ещё злюсь, - говорит она.
- Я знаю.
Я глотаю комок в горле, чувствуя, как волна эмоций накатывается на меня.
- Прошу, выслушай меня, - говорю я, стараясь сделать голос мягким, но убедительным, - Я не хотел, чтобы так вышло. Я никогда не хотел причинить тебе боль.
Мы лежим так близко, что я чувствую ее дыхание на своей коже. Каждый мускул моего тела напрягся в ожидании ее ответа.
- Ты всегда так говоришь, - шепчет она, и я слышу, как дрожит ее голос, - Но слова ничего не меняют, если за ними не следуют поступки.
- Я знаю, - отвечаю я, наклоняясь ближе, пытаясь удержать ее внимание, - И готов доказать это. Пожалуйста, дай мне шанс, чтобы исправить все. Я сделаю все, что в моих силах.
- Мне нужно время, - тихо произносит она.
Ее слова словно холодный ветер пронизывают мое сердце, но я понимаю, что обязан их принять. Лучше время, чем окончательный разрыв.
- Я не уверена, что смогу просто так все забыть и простить.
- Я понимаю, - отвечаю, пытаясь не показывать, как сильно в душе разрывает боль, - Я подожду столько, сколько потребуется. Каждый день буду доказывать тебе, что готов меняться ради нас.
Она кивает, не глядя мне в глаза. Воцаряется тяжкое молчание, и я, не решаясь больше нарушать ее покой, отступаю назад. Но в глубине души я знаю, что это лишь часть пути к возрождению доверия.
Пищание будильника сверлит мой уставший мозг.
- Подъём, Мика, - шепчу я.
Она не реагирует сразу, и я нежно касаюсь её плеча. Мика сонно поворачивается ко мне, её глаза слегка прищурены, как будто защищаются от слишком яркого света, хотя шторы всё ещё закрыты, пряча утро за плотной тканью.