— А ты не боишься? Не боишься потерять то, что у нас было?
Я улыбнулась, хотя внутри меня все сжималось.
— Я не теряю ничего, просто освобождаюсь от цепей. Ты должен понять, что настоящие отношения это не просто физическая связь, а прежде всего доверие и понимание. С нами этого не было.
— Ты думаешь, я не знаю, что между нами было не так? — произнес он, голос его дрожал, — Я пытался быть тем, кем ты хотела меня видеть, но я не могу стать другим человеком.
— И я не требую от тебя этого, — тихо сказала я, — Но я не могу жить на чем-то мнимом, надеясь, что все изменится. Были моменты, когда мы смеялись, когда нам было хорошо, но это не означает, что мы были счастливы.
На этот раз его тон был менее агрессивным.
— Ты действительно думаешь, что сможешь просто уйти? Что все это теперь не имеет значения?
— Я не знаю, что будет дальше, — призналась я, чувствуя, как внутри меня поднимается волнение, — Но я знаю, что должна попытаться. Я заслуживаю большего, и ты тоже. Мы все заслуживаем возможность найти настоящее счастье, даже если это означает разойтись.
Я почувствовала, как его сердце бьется так же сильно, как и моё.
— Ты не можешь просто взять и всё отменить, — сказал он, и в его голосе слышалась глубокая рана, — Все воспоминания, все моменты, когда мы были вместе. Разве это нечто значит для тебя?
— Это важно, — ответила я, стараясь сдержать слёзы, — Но память не может стать основой нашего будущего. Мы не можем строить жизнь на «когда-то было». Это как возвышенная иллюзия, которой не суждено сбываться.
Я ощущала, что оба мы стоим на краю пропасти, и шаг назад уже невозможно сделать.
— Если это твое решение, — наконец произнёс он, голос его утих, — Я не могу препятствовать тебе. Но знай, что я всегда буду помнить нас, именно такими, какими мы были. Надеюсь, что найду в этом хоть какое-то утешение.
В этот момент время как будто замедлилось, и все воспоминания пронеслись передо мной, как кадры из старого фильма.
Каждый смех, каждая слеза, каждое мгновение, которое мы разделяли — они были реальны и живы, как искры, вспыхивающие в ночи. Но я знала, что за этой иллюзией кроется лишь тень.
— Ты заслуживаешь чего-то большего, — произнесла я тихо, с трудом подбирая слова, — Мы оба заслуживаем. Но это больше не «мы». Это я и ты, каждый в своем мире, разъединенные невидимой нитью, которую уже не соединить.
Я ощутила, как в сердце застряла горечь.
— Прощай, — произнесла я, и эти слова обожгли, словно раскаленное железо.
Он не ответил, и я с ужасом поняла: неважно, сколько раз мы переживем это в памяти, впереди нас ждет новая жизнь, о которой еще надо мечтать.
Глава 33.
Вильям.
Прошло два дня с тех пор, как я покинул ее квартиру в три часа ночи, как я в последний раз разговаривал с ней.
Каждый раз, когда мне кажется, что мы движемся вперед, она каким-то образом напоминает мне о том, что я обложался тогда.
Мне казалось правильным решением уйти, когда она не выбрала меня, но теперь я задаюсь вопросом, имеет ли это вообще какое-то значение. Потому что два дня вдали от нее кажутся вечностью, проведенной за пеклом в аду.
В минуты одиночества я ловлю себя на мысли, что мог бы поступить иначе. Каждый момент, проведённый без неё, обостряет чувство вины, которое расползается по венам, как яд, и заполняет меня сомнениями.
Я вспоминаю её улыбку, её смех, который звучал как музыка, и понимаю, что эти воспоминания отравляют мои попытки двигаться дальше.
Я добываю смысл в своих терзаниях — возможно, моё решение было поспешным. А может, я просто не был готов принять, что любовь не всегда выбирает.
Мои мечты о будущем с ней разбились о реальность, словно стекло, и теперь лишь остались осколки разочарования. Я пытаюсь собрать их, но пальцы только режут.
Я слышу её голос в каждом предмете вокруг: в радостном смехе детей на площадке, в переговорах соседей, в тишине, которая неожиданно так сильно давит.
Что она делает сейчас? Забыла ли меня, или мучительно вспоминает, как и я? Эти вопросы терзают меня, и я знаю, что нужно найти способ вернуть всё на свои места.
Если это ее способ заставить меня заплатить за те годы, когда я притворялся, что ее не существует, то он чертовски работает. Сообщение получено, урок усвоен, и с меня хватит.
Она продержалась так два года, а я не могу вынести еще два дня этих страданий, но, думаю, мне не стоит удивляться, что она так легко может вернуться к прежнему состоянию.
Меня мучает мысль, что все эти годы я был слеп к тому, что на самом деле происходит. Когда-то мне казалось, что могу игнорировать ее существование, но, оказывается, её теневые движения были слишком явными, и теперь я не вижу иного выхода, как столкнуться с этой реальностью.