Я не могу ослабить цепи своего недоверия и снова впустить его в свою жизнь, если я не уверена, что он не повернется и не причинит мне боль снова.
Поэтому я предпочитаю проводить время с друзьями и концентрироваться на занятиях.
Мое сердце было готово распахнуть дверь и принять Вильяма обратно, но голова оставалась непоколебимой.
Внутренний конфликт не оставляет меня. Каждый раз, когда я вижу его, воспоминания о нашем прошлом накатывают волной.
Он был источником радости, но вместе с тем и боли. Я вспоминаю моменты счастья, когда смеялись, мечтали о будущем. Но на этих же мгновениях лежит тень обмана и предательства. Он не раз ломал обещания и оставлял меня в одиночестве, когда нужда в нем была сильнее всего.
Я встречаюсь с друзьями, смеюсь и обсуждаю учебу, но в глубине души внутренняя пустота дает о себе знать. Вильям был частью моей жизни, частью меня, и его отсутствие ощущается как незаживающая рана. Я знаю, что не могу просто исчезнуть из своей памяти, но и возвращение кажется невозможным.
На следующее утро я снова вижу его, и каждый раз его взгляд выдает надежду. Он пытается навести мосты, но чем больше он старается, тем отчетливее я чувствую страх. Мне нужно время, чтобы понять, готова ли я отдать ему еще один шанс.
― Привет, любимая.
Он смотрит на меня голодными глазами человека, который впервые видит солнце после зимы.
― Привет, ― говорю я, подходя к нему, ― Что ты здесь делаешь?
— Я хотел тебя увидеть.
Чистая честность звучит в его голосе, когда он поднимает руку, чтобы откинуть прядь волос с моего лица, но не успевает подумать об этом.
Я замерла, ощущая его прикосновение на своей коже, и на мгновение мир вокруг нас исчез. Вспомнила все те моменты, когда он был рядом, и как быстро они растворились в прошлом. Его глаза полны сожаления, и в них читается не только желание, но и понимание того, что его действия могли бы меня уничтожить.
— Ты не должен был приходить, — тихо произнесла я, но внутри меня росло что-то, подталкивающее его к возможности.
Я почувствовала, как мои страхи постепенно отступают, уступая место надежде. Он, казалось, знал, как разбудить во мне чувства, которые я пыталась похоронить.
— Я знаю, что всё спутал, — признался он, его голос звучал трепетно. — Но я готов бороться за нас.
Я киваю и отворачиваюсь, начиная собирать свои вещи.
― Ты уже готова простить меня?
Я насмехаюсь.
― Нет.
Он кладет руку мне на плечо, впервые за неделю прикасаясь ко мне своими руками.
― Почему нет?
Это первый раз, когда он задает следующий вопрос и не уходит сразу после того, как спрашивает, готова ли я его простить.
― Мы ходим по кругу, и я не могу продолжать этот разговор. ― я говорю с разочарованным вздохом.
— Должно же быть что-то, что я могу сделать.
― Я хочу верить тебе, хочу. Я просто не знаю, смогу ли я когда-нибудь это сделать.
Большим пальцем руки, лежащей на моем подбородке, он проводит по моей коже успокаивающие круги.
― Ты для меня все. Если слова не помогают, что я могу сделать?
― Ничего, ― говорю я, вырывая подбородок из его рук.
― Я бы все равно полюбил тебя. Это всегда было неизбежно.
Мои глаза переходят на него, и мой желудок сжимается.
Внутри меня бушует вихрь хаоса и смятения.
С одной стороны, я люблю его. От всего сердца люблю этого человека, так, что это граничит с безумием. Я хочу, чтобы мы вместе устремились в закат и жили долго и счастливо.
С другой стороны, как узнать, что все это правда, а не очередная уловка. Поверю ли я ему? Сделать ли мне шаг навстречу и довериться ему?
― Может быть, ты не готова услышать это, но я все равно скажу тебе, ― он делает паузу, а затем добавляет, ― Однажды я женюсь на тебе. Я буду встречаться с тобой, а потом стану твоим мужем.
Я тоже люблю его. Люблю так сильно, что боль от этой любви так же велика, как и боль от его предательства.
Он мягко целует меня в лоб, и мои глаза закрываются, когда я склоняюсь к его прикосновениям, наслаждаясь ощущением его губ на своей коже.
— Скажи мне, что я должен сделать, ― говорит он, ― Как мне все исправить?
Когда я молчу, он тихо добавляет.
― Ты действительно хочешь, чтобы я встречался с другой девушкой?
Судя по тому, как у меня сводит желудок и как желчь поднимается в горле, я скорее предпочту, чтобы мне отрывали ногти на ногах один за другим, чем наблюдать такое.
― Ты не хочешь этого, не больше, чем я хочу, чтобы ты встречалась с другим парнем.
Я качаю головой, и на его лице появляется облегченное выражение, когда он продолжает.
— Я дам тебе время и пространство, о котором ты просила, но, пожалуйста, не уходи ни к кому другому. Ты можешь с этим согласиться?