Стремясь во всем разобраться, я начал задавать Луису больше вопросов о тайном источнике. Однако, он оставался немногословен и постоянно нервничал.
Я не мог понять, что именно удерживало его от большей откровенности — страх за свою жизнь или банальная осторожность. В любом случае, было ясно одно: мы приблизились к разгадке, и время играло против нас.
Каждое промедление могло стоить нам важного свидетельства, которое могло навсегда раскрыть тайну гибели Микаэлы.
— Этот человек не из тех, кто оставляет следы, — сказал он, погружая меня в раздумья о том, какие меры предосторожности потребуются, чтобы защитить как его, так и самих себя от возможной угрозы.
Мы не знали, насколько далеко этот бизнесмен готов зайти, чтобы сохранить свои темные секреты в тайне.
Вечер начал сгущаться, и тени на стенах заброшенного здания длиннели, добавляя атмосферу тревожной неопределенности. Луис посмотрел мне прямо в глаза, будто решившись на что-то важное.
Он протянул мне флешку, на которую были записаны все материалы, предоставленные таинственным источником.
— Я уже сделал несколько копий, на случай, если что-то пойдет не так, — отметил он чуть резким тоном.
В его голосе звучала страх, смешанный с решимостью. Каждый его жест, каждое слово подтверждали, насколько эта ситуация была опасной для всех нас.
Покидая это место, я поймал себя на мысли, что несомненно впутан в игру, ставки в которой гораздо выше, чем казалось на первый взгляд.
Воспоминания о Микаэле полностью поглотили меня, и я знал, что не могу допустить, чтобы её смерть осталась нераскрытой. Нужно было действовать быстро и решительно, чтобы передать добытые доказательства в руки тех, кто сможет сделать выводы и предпринять нужные шаги. Отныне защита Луиса и поиск новых сведений стали моей главной целью.
С этими мыслями я направился в безопасное место, чтобы изучить материалы более детально. Всё, что нам удастся найти, предстоит использовать крайне осторожно.
Одно неверное движение — и мы можем поставить под угрозу не только расследование, но и свои жизни. Время было не на нашей стороне, но каждый новый факт, каждая крупица информации приближала нас к истине, которую так стремительно пытались скрыть. И теперь только от нас зависело, сможем ли мы пролить свет на эту страшную трагедию.
Наконец, достигнув убежища, я запер за собой двери и включил лампу, заливающую комнату тусклым светом. Передо мной на столе лежала флешка — крохотный носитель, таящий на себе неизвестные мне, но наверняка важные сведения.
Сердце колотилось в груди, словно осязаемая тень грядущих событий. Я вставил флешку в ноутбук и зашёл в папку с материалами, источаемыми Луисом.
Среди множества документов, писем и сканов нашли своё место записи телефонных разговоров, подлинность которых стоило проверить в ближайшее время.
На нескольких первых минутах изучения файлов стало ясно — это не было пустой подозрительностью. Здесь действительно содержалось достаточно улик, чтобы вывести на чистую воду могущественного бизнесмена, прикрывающего свои грязные делишки.
Я чувствовал, как нарастает исподволь уверенность в действиях, наступала пора использовать накопленную информацию. Однако каждое новое открытие подталкивало меня к осознанию того, что бизнесмен мог предвидеть такую попытку разоблачения и, возможно, готовился ударить по нам первым.
Распечатав ключевые документы, я рассортировал их, чтобы понять общую картину, и вновь услышал в голове эхо слов Луиса.
— Этот человек не из тех, кто оставляет следы.
А значит, наша задача была сложнее, чем казалась на первый взгляд. Нам предстояло не просто передать доказательства, но и обезопасить себя от всех возможных рисков.
Взгляд скользнул по стенам комнаты, за окном начинали сгущаться сумерки, и я осознал, следующим шагом должна стать встреча с теми, кому действительно можно доверить эти разоблачения. Время поджимало, и действия не терпели замедления.
Глава 12
Микаэла.
— Привет. Как дела?
Я слегка поворачиваю голову, чтобы посмотреть на мужчину, который подсел ко мне в баре. Он кажется мне смутно знакомым, но я не могу определить его личность. И уж точно я его не помню.
он видит, как в моих глазах загорается огонек, и протягивает руку.
— Томас.
— Мики.
— Красиво имя.