В этот момент время как будто замедлилось, и все воспоминания пронеслись передо мной, как кадры из старого фильма.
Каждый смех, каждая слеза, каждое мгновение, которое мы разделяли — они были реальны и живы, как искры, вспыхивающие в ночи. Но я знала, что за этой иллюзией кроется лишь тень.
— Ты заслуживаешь чего-то большего, — произнесла я тихо, с трудом подбирая слова, — Мы оба заслуживаем. Но это больше не «мы». Это я и ты, каждый в своем мире, разъединенные невидимой нитью, которую уже не соединить.
Я ощутила, как в сердце застряла горечь.
— Прощай, — произнесла я, и эти слова обожгли, словно раскаленное железо.
Он не ответил, и я с ужасом поняла: неважно, сколько раз мы переживем это в памяти, впереди нас ждет новая жизнь, о которой еще надо мечтать.
Глава 33
Вильям.
Прошло два дня с тех пор, как я покинул ее квартиру в три часа ночи, как я в последний раз разговаривал с ней.
Каждый раз, когда мне кажется, что мы движемся вперед, она каким-то образом напоминает мне о том, что я обложался тогда.
Мне казалось правильным решением уйти, когда она не выбрала меня, но теперь я задаюсь вопросом, имеет ли это вообще какое-то значение. Потому что два дня вдали от нее кажутся вечностью, проведенной за пеклом в аду.
В минуты одиночества я ловлю себя на мысли, что мог бы поступить иначе. Каждый момент, проведённый без неё, обостряет чувство вины, которое расползается по венам, как яд, и заполняет меня сомнениями.
Я вспоминаю её улыбку, её смех, который звучал как музыка, и понимаю, что эти воспоминания отравляют мои попытки двигаться дальше.
Я добываю смысл в своих терзаниях — возможно, моё решение было поспешным. А может, я просто не был готов принять, что любовь не всегда выбирает.
Мои мечты о будущем с ней разбились о реальность, словно стекло, и теперь лишь остались осколки разочарования. Я пытаюсь собрать их, но пальцы только режут.
Я слышу её голос в каждом предмете вокруг: в радостном смехе детей на площадке, в переговорах соседей, в тишине, которая неожиданно так сильно давит.
Что она делает сейчас? Забыла ли меня, или мучительно вспоминает, как и я? Эти вопросы терзают меня, и я знаю, что нужно найти способ вернуть всё на свои места.
Если это ее способ заставить меня заплатить за те годы, когда я притворялся, что ее не существует, то он чертовски работает. Сообщение получено, урок усвоен, и с меня хватит.
Она продержалась так два года, а я не могу вынести еще два дня этих страданий, но, думаю, мне не стоит удивляться, что она так легко может вернуться к прежнему состоянию.
Меня мучает мысль, что все эти годы я был слеп к тому, что на самом деле происходит. Когда-то мне казалось, что могу игнорировать ее существование, но, оказывается, её теневые движения были слишком явными, и теперь я не вижу иного выхода, как столкнуться с этой реальностью.
Её молчание — это не просто так. Это острая боль, к которой я теперь привязан, как к старому шраму, который постоянно зудит.
Каждый момент, проведенный в отдалении, ощущается как предательство. Я задаю себе вопросы, на которые не могу найти ответов:
Зачем столько времени прятаться от самой себя?
Самообман оказался худшей ложью, и теперь я понимаю, что эта рана никогда не заживет, пока я не приму ее, не открою внутри себя все эти страхи и сомнения. В противном случае, я останусь затерянным в пустоте.
Я встаю и иду взять еще пива из холодильника, чтобы отвлечься от своих мыслей. Люди пытаются перехватить меня и втянуть в свои разговоры, но мне это неинтересно.
— Ты порвал с Микаэлой? — я поворачиваюсь и вижу, что Демьян смотрит на меня с укором.
— Я с ней не расставался.
— Правда? Мне так не кажется.
— А что, если так? Похоже, ее это не сильно беспокоит, — говорю я.
Демьян вскидывает брови и качает головой, словно пытаясь соизмерить мои слова с тем, что я знаю о Микаэле.
В его взгляде читается смесь недовольства и поддразнивания, но мне все равно. Я отворачиваюсь и продолжаю свой путь к холодильнику. Ледяная дверца открывается с характерным свистом, и я вытаскиваю прохладную бутылку. Открыв ее, сразу чувствую, как расслабление медленно накатывает на меня.
— Я просто не понимаю, зачем все это, — говорит он, прижимая руки к груди, — Ты же сам видишь, что она не права. Почему не поговоришь с ней?
— Разговоры не всегда помогают. Иногда проще просто отпустить, — отвечаю, настраиваясь на свою волну.
Мне не нужно подтверждение кого-то другого о том, как вести свою жизнь.