— Тут мы их и валим, босс?
— А ты думаешь, они идут без магических защитных амулетов, которые активируют при контратаке, чтобы временно нивелировать эльфийскую меткость? Егеря — богатый род войск.
Орофин помрачнел.
— Твои ребята отступят, но задача трудная, нужно имитировать бессистемное отступление, панику, и бежать, причём не абы куда, а в определённое место.
— Куда?
— А мы тут кое-что заготовили…
Егеря явились в район вырубки через три часа, но не спешили даже выходить на неё, не говоря уже об исследовании «Янтарного приюта». Вероятно, их командир, какой бы приказ ни получил, считал, что безопаснее всего найти тех выскочек, что смеют бросать вызов его величеству королю Вейрану, а только потом смотреть на то, что осталось от комплекса.
Егеря стали неспешно огибать вырубку по большой дуге, когда сами подверглись нападению эльфов.
Эльфы действовали так, как было задумано и их засада была не имитацией, а вполне себе настоящей.
Егеря выставляли и боковое охранение, и их авангард шёл на сто шагов впереди по сравнению с основной группой, так что полноценной засады не получилось.
Эльфы вдарили между с двух сторон по неспешно, почти бесшумно двигающемуся авангарду, что заставило его залечь, потеряв несколько своих. Но основная группа тут же развернулась широким фронтом и двинулась вперёд, стали брать эльфов в клещи, так что отступление было самой логичной стратегией.
Отряд-приманка, сделав вид, что наткнулся на серьёзное сопротивление, тут же начал отход. Неумелый, панический. Эльфы беспорядочно отстреливались, метались, но отступали все вместе, помирать никто не стал. Это был театр. Среди егерей раздались скупые команды по перестроению и преследованию.
— Преследовать! Нужны пленные!
Тут профессиональная гордость и азарт охотника победил осторожность. Вот они эльфы, вот их спины.
Эльфы драпали, егеря наступали им на пятки, и могли бы двигаться быстрее, но они действовали сравнительно осторожно, боясь, что на них нападут с фланга.
В целом, не такая плохая идея, монголы так делали, часть отступала, остальные зажимали с флангов, особенно, если можно было использовать неровности местности.
Я наблюдал за ситуацией при помощи Роя, иногда подключая и Птичий пастух, затаив дыхание, смотрел за своими. Егеря были великолепны и будь это мои войска, я бы ими гордился, а не злился и деятельно желал смерти. Они двигались по лесу почти бесшумно, растянувшись в ловчую охотничью цепь, пытаясь обойти приманку с флангов.
Но Орофин и его «актёры» были не хуже. Они двигались, причём не по прямой, а чуть поворачивая вправо, отчего возникало ощущение, что у них никакого чёткого направления бегства нет.
Двигались они в низину, которая оказалась заполнена у корней болотной стоячей водой.
Отряд-приманка, не сбавляя темпа, ринулся в топь, ловко прыгая по заранее прокинутым для них сапёрами брёвнам и камням.
Егеря остановились на краю болота. Я видел, как их командир изучает местность. Сейчас он мог позволить зарвавшимся эльфам сбежать, а мог показать класс и догнать их даже по болоту. Тем более, что оно не казалось вековой трясиной, это же просто болотистая местность под корнями крупных деревьев, не более того.
Колебания егерей были слабым местом в моём плане. Если бы они проявили сверхосторожность и остановились, ничего не получилось бы.
Но азарт охотника поглотил командира. Он видел, как «неумелый» противник уходит от него. Он был слишком близко к цели. Он отдал приказ. И егеря, растянувшись цепью, вошли в болото, пытаясь повторить путь приманки, двигаясь твёрдой тропой.
Когда две трети его отряда, около ста пятидесяти человек, оказались в центре топи, в самой её вязкой и топкой части, пришла пора запускать наш сюрприз.
Я отдал мысленный приказ. Короткий, как удар топора.
«Жги».
Один из гномов-сапёров, укрывшийся в скалах, плавно нажал на спусковой крючок своего арбалета. Запальный болт, оставляя за собой тонкий дымный след, вонзился в бечёвку, соединяющую бурдюки.
На секунду ничего не произошло. А потом огонь побежал по сети, и десятки бурдюков лопнули почти одновременно. Густая, горящая смесь полилась вниз, на воду, на деревья, на людей. Старые ивы и сосны вспыхнули, как факелы. Чёрная болотная вода зашипела и начала кипеть, выпуская клубы едкого, удушливого пара.
Егеря оказались в центре горящего леса.
Началась паника. Егеря, на которых попала зажигательная смесь, кричали, пытаясь сбить с себя пламя. Их кожаные доспехи, пропитанные жиром, горели, как пергамент. Они метались по топкой жиже, некоторые вязли, мешали друг другу, кричали.