— Всё равно в округе нет других замков или городов со стенами, — развёл руками я. — Так исторически сложилось, что Монт обеспечивал безопасность на десятки миль. Лагерь?
— Войска рассредоточены в разных частях города, построить единый не позволило место. В общем, наши и умарские роты стоят где попало. Опять-таки, это по причине дефицита места.
— Вода, продовольствие?
— Провизии с лихвой, запасы воды почти на нуле. Проблема ещё и в дровах. Мы пока торчали на Табуньем острове, почти все запасы пожгли, а пополнить не было возможности. В общем… Если ничего другого не придумаем, станем разбирать деревянные строения в городе.
— Местным это не понравится, — пробормотал я, но спорить не стал. — Понял тебя, друг-гном. Разведка, что у нас с осадой?
— Они перекрыли тракты, — сообщил Орофин ровным голосом. Не только около города лагерь, есть ещё система постов по всем дорогам. Враги запаслись лестницами, но никуда не торопятся, в лагере все бродят медленно. Я боюсь, что они запросят в Монте тяжёлые баллисты или требушеты.
— Тем нужно оборонять свой город. Это не точно, но скорее всего, никакой подмоги группировке под стенами не будет. Большой риск. Опять-таки, они понимают, что это всё может быть провокация. Магов могут подтянуть.
Я повернулся к Фомиру:
— У стен есть магическая защита?
— Нет, — без раздумий ответил он. — Никакой. И не было никогда. Но если прибудут вражеские маги, мы попробуем прикрыть.
— Хорошо. Остановимся пока на этом.
— Что с водой? — спросил я, конкретно ни к кому не обращаясь.
— Зульген развернул фильтрационную установку, — ответил Хрегонн. — Кипятят, гоняют через уголь и песок. Сапёры подтянулись, попробуем из местных котлов что-то сообразить. Но выход пока что мизерный. Счёт идёт на вёдра, а не на бочки. На нашу ораву не хватит даже, чтобы смочить губы.
Я потёр переносицу.
Внешний периметр был заблокирован. Ресурсы стремились к нулю. Но главная проблема находилась не за стенами.
Она дышала мне в спину.
Я чувствовал это через интерфейс Роя. Тысячи жёлтых точек вокруг нас. Нейтрально-враждебные юниты. Гражданское население.
— Новак, ты прочесал город?
— Да. Наёмников нет, гвардии нет. Их выбили ещё войска Назира. Но не больно-то много чести взять город, который удерживал гарнизон в двести воинов, имея «под рукой» восемьдесят тысяч.
Я согласно кивнул.
— А ополчение?
— Да какое там ополчение? Когда Назир ушёл, похватали у кого что было, заперли ворота, стали на стену. Действовали правильно, но результата это не могло иметь. Поэтому и не сражались, а разбежались по домам. В ходе зачистки изъято от силы полсотни клинков, не более того. Арестовывать я никого не знал.
— А настроения?
— Ну… Они нас ненавидят, их трудно в этом винить. Маэнцы разграбили город, многих убили, изнасиловали женщин, которые не спрятались. Для них мы такие же и то, что со штурма никого и пальцем не тронули, их мало волнует. Если на то пошло, босс, я их не виню.
Я кивнул.
Они сидели в своих домах, сжимая вилы и кухонные ножи. Они ненавидели нас. Для них мы были захватчиками, которые принесли войну в их мирный город. И если начнётся штурм, эти люди ударят нам в спину. Плюс — им нечем. Минус — они нам и не помогут в случае чего.
— Слушай, Новак, а ты определил, кто там главы гильдий, лидеры общественного мнения? Выдающиеся горожане?
— В целом, это понятно и так. Как в любом небольшом городе, где все всех знают. А что?
— А могут твои парни деликатно, ну, чтобы не пугать, собрать «отцов города», человек двадцать или около того? Ко мне, на «поговорить»? Глав гильдий. Авторитетов. Всех, кто имеет хоть какой-то вес в этом городе.
— Сделаю.
— Ладно. Сапёрам — задача подумать по колодцам.
— У нас нет технологий, чтобы их очистить, — ответил Мурранг.
— А отрыть новые? На дистанции от отравленных горизонтов?
— Подумаем.
— Бреггонида?
— Да, генерал? — ведьма сидела дальше всех и, по ощущениям, дремала.
— Отравления — это по твоей части. Подумай, как колодцы очистить.
— Ммм… Как травить, так все умеют, а как очистить, так — бабушка помоги, мы облажались… Ладно, босс, мы подумаем. Но отравление было гибридным, яд магический, токсин и магия в одном, сразу в голову ничего не приходит.