Вейвлиод обвёл взглядом стол.
— Вы действительно хотите получить такого врага на своих границах? Прямо сейчас? Когда ваши гарнизоны обескровлены, а казна пуста? А кто вам гарантирует, что после такого объявления войны он не раскатает своего противника? Что умеет Рос? Он умеет побеждать, а вы в надменности своей пытаетесь соревноваться с ним в том, в чём он сильнее всего. Вы пытаетесь обогнать молодую акулу? Может быть, боги берегут не его от вас, а ваши шкуры от его гнева? Потому что считаю, что ему нужно дать малое и быть счастливым, а не отобрать всё и посмотреть, каков он в ярости и разрушении?
— Воля богов… — медленно произнёс принц Гизак, беря инициативу в свои руки. — Орден ручается за то, что боги хотят отдать полуостров Росу Голицыну?
— Орден уверен в своих словах, — кивнул Вейвлиод. — Орден знает, что не только ваши страны должны Росу, но и боги ему обязаны и про свои долги помнят.
Генерал Бруосакса тяжело вздохнул. Он тоже умел считать.
— Если Орден выступает гарантом… — проворчал он, глядя в стол. — И если это поможет остановить убийство горожан Монта. Кто мы такие, чтобы спорить с небесами?
— Хорошо, — сказал принц Гизак. — Мы принимаем… рекомендацию.
Я медленно выдохнул. Мышцы спины, оказывается, были напряжены до предела.
Вейвлиод едва заметно улыбнулся мне уголками глаз. Мы сделали это.
Началась процедура подписания. Теперь это шло быстро.
Бруосакс принял за себя колоссальную контрибуцию, восемь миллионов серебряных марок. Отдавал Маэну четыре приграничных региона, два десятка крепостей, контроль над трактом, ведущим в Приозёрные земли (это именно тот тракт, съехав с которого я оказался в Каптье). Никаких споров о запятых. Никакого торга. Текст пакта о мире, где отдельным блоком шли положения о независимости Газарии, был подготовлен заранее — Вейвлиод явно не сомневался в успехе.
Подписывали пакт все присутствующие, в том числе и молчавший все переговоры принц Ги. Подпись Вейвлиода была самой нижней.
Я ставил подпись за подписью. Рос Голицын. Герцог Газарии. Суверен.
Каждый росчерк пера отрезал меня от прошлого. От вассальной зависимости. От необходимости слушать мнение королей.
Когда последний свиток был свёрнут и запечатан магической печатью Ордена, эльф встал и раздал нам экземпляры. Семь пактов, в том числе Умару, поименованному союзником Маэна и тоже — признающим автономию Газарии.
— Благодарю вас, господа, — произнёс эльф. — Вы сделали выбор, который спасёт тысячи жизней. А теперь удержитесь от колких слов, которые откроют дверь в новое кровопролитие.
Эрик поднялся. Он собирал свои бумаги молча, не глядя на меня.
Генерал Бруосакса задержался. Он надел шлем, скрыв лицо за забралом, но перед тем как уйти, повернулся ко мне.
— Вы получили свою землю, наёмник, — его голос глухо прозвучал из-под стали. — Вы получили своё золото. И даже благословение эльфийских богов.
Он оглянулся на эльфа, но не увидел прямого запрета.
— Но запомните одну вещь, Голицын.
Он ткнул пальцем в мою грудь. Латная перчатка звякнула о мою кирасу.
— Чтобы основать династию, мало иметь армию и наглость. Нужна кровь. Нужна история. Нужна корона.
Он хмыкнул:
— У Вас нет короны. Вы просто бандит, который удачно ограбил дилижанс истории. И когда Ваша удача кончится… у Вас не останется ничего. Даже могилы.
— Ошибаешься, генерал, — прошептал я. — Корону не дают. Корону берут. А если её нет… её куют. Из того, что есть под рукой. А в моём случае — отнимают силой.
Я посмотрел на Вейвлиода. Эльф стоял по ту сторону стола и едва заметно улыбался. Он не мог знать про корону, но всё же знал.
Я засунул руку в свою сумку. Там хранились не только тексты приказов и бесчисленные векселя Назира.
Я нащупал холодный металл. Тяжёлый, ровный, весомый.
— Знаете, в чем проблема Вашего подхода, генерал? — спросил я, начав медленно вытягивать руку. — Вы считаете, что корона делает короля. Что этот кусок металла наделяет человека правом повелевать.
Я поднял взгляд на Эрика. Он презрительно щурился, не сводя глаз с моей руки.
Посреди острова на реке Шипр на свет появилась корона короля Вейрана, походно-боевая, которую отремонтировал, почистил и подогнал под мою голову один из гномов сапёрной роты и выбил в центре курай — знак Штатгаля.
Золотая королевская корона, трофей и символ власти для людей, которые верят в символы.