Активация второго навыка за раз отозвалась болью, но я её проигнорировал и даже зло оскалился. Хрен вы меня переиграете!
Забегала пехота, раздались короткие злые команды, половина из которых были матерными.
Мужчина в тёмной куртке нёсся прочь от пожара, плотно прижимаясь к стенам домов. Он двигался слишком быстро для напуганного зеваки и слишком целенаправленно для запаниковавшего грузчика.
Управляя птицей, я навёл на него Гришейка.
Из боковой улицы ему наперерез выскочила группа разъярённых воинов. Взвод орков под предводительством Гришейка. Клыкастые бойцы среагировали на взрыв с поразительной скоростью, а Гришейк показал себя отличным организатором, рассылая бойцов малыми группами во все стороны. Да, он это делал при помощи нецензурных выражений, но — всё работало!
Диверсант резко затормозил, попытался метнуться в узкую щель между зданием и ящиками, но тяжёлый кованый сапог Гришейка с размаху опустился ему прямо на спину. Беглец рухнул на брусчатку, подняв веер грязных брызг.
Орки обступили поджигателя плотным кольцом и для начала угостили парой стимулирующих ударов по печени.
Потом его подняли на ноги рывком.
«Шпренгер».
«Что это?» — свеженазначенный глава КГБ был удивлён тем, что послание транслируется ему прямо в мозг, хотя и держался хорошо.
«Это навык управления, это Рос. Простите, что дёргаю Вас. Но для Вас, как для главы КГБ, задача. Только что поймали диверсанта. Я свяжусь с городской тюрьмой, они выделят Вам крыло для своих задач. Можете приказывать стражникам».
«Я не могу доверять стражникам, любой из них может быть неблагонадёжен».
«Тогда придам Вам отряд своих орков. Надеюсь, у Вас нет расовых предубеждений».
«С чего бы, все расы могут верить в богов, следовать порядку, предавать и лгать. Солдаты Штатгаль не имели технической возможность быть завербованными врагом».
«Интересная мысль».
Тем временем Гришейк смог вызвать у меня огромное желание повысить его в звании.
Он организовал тушение пожара.
Он бегал, организовывал противопожарные мероприятия, кричал на местных, добыл вёдра, вычерпывал воду из колодцев, вытаскивал горящие конструкции при помощи алебард, гоняя солдат защищённых кожаными доспехами от огня (лучше, чем ничего).
Самое удивительное, что успешно, несмотря на то, какой пожар разожгли диверсант, который использовал мощный одноразовый артефакт. Таковой в моей классификации можно было бы назвать зажигательной бомбой. Гришейку, который буквально задницу рвал от напряжения, удалось с пламенем справиться.
Ну, не сказать, чтобы своими силами, зато солдаты Штатгаля и народ смогли бодаться с огнём. Сдерживая его распространения до того момента, когда подоспел Свен и другие криомаги, которые залили пламя холодом, льдом.
Пламя потушили, но ущерб оно причинило большой.
Я вздохнул и направил туда Мурранга. Ох, он ругаться будет.
«Гришейк, тащи пленного в тюрьму, найди там Шпренгера, он у нас самый главный по диверсантам и вредителям».
«Прямо главный? Верховный палач?».
«Государственная служба безопасности, называется КГБ».
«Гм. Ладно».
«Друг-орк, ближайшие пару дней тебе надо его прикрывать, чтобы пленные не разбежались. Ты официально его друг. Справишься? Речь про подчинение не идёт».
«Есть, босс… Хотя Первый полк обезглавлен».
«Тебя никто от командования Первого полка не отстраняет. Совмещай. Хоть весь Первый полк переведи в тюрьму».
Четыре недели дала нам судьба в относительной тишине.
Два разграбленных городка были оставлены немедленно после взятия, однако — не сожжены. И этот факт здорово меня беспокоил. Нет, я конечно был рад, что они не были разрушены, но это наводило на мысль, что мой враг Фрай считал, что целесообразнее будет города сохранить, чем уничтожить.
Может быть, Шпренгер прав и он разевает рот на всю Газарию?
Тем временем мы сосредоточились на том, что было перед носом — наша работа, пойманный диверсант, задачи по укреплению обороны.
Поджигателя звали Фаргас и на этом полезная информация по нему закончилась.
Он был местным, из грузчиков, семейным, в меру пьющим и при первом же допросе в нём сработала какая-то ментальная деструктивная магия. Заклятие, заряженное в нём, нанесённое татуировкой, и она не сказать, чтобы совсем выжгла ему мозги, но память он потерял.
Наши попытки, а если точнее, то попытки Шпренгера по допросам и снятию проклятия успехом не увенчались.