— Долбанный гений. Жаль, что этот хмырь направил свой талант на нас, как оружие. А вулкан?
— Остров-вулкан запрещён к мореплаванию, кроме как для судов магов клана Огня и личных судов королевского снабжения. Но парочка матросов рассказали, что у магов там поселение и алтарь.
— Я так и думал. А охрана?
— У жрецов-магов своя охрана, порядка пятисот клинков, однако пленные были невысокого мнения об их способностях. Они ходят полуголые, украшают свои тела рисунками красного цвета. Пьют настой из местных трав, который помогает им слышать духов огня. Бьют друг другу морды и едят так сытно и сладко, что их сало служит им лучшим доспехом. Кроме того, остальные кланы ни во что не ставят за счёт безмерной поддержки короля.
— Мажоры, значит. А что по лесу?
— Большая часть Собачьих островов — это голые скалы, где гнездятся птицы, а в пляжной зоне торчат морские собаки, которых бьют на мясо. Но на многих крупных островах есть лес, вернее — был. Численность населения выросла, леса вырубили, это в том числе позволило построить флот.
— Ещё раз. Ты же понимаешь, что корабли нельзя строить из какого попало леса? Пленные что-то смогли пояснить по добыче брёвен для строительства кораблей?
— На островах шестнадцать лесорубных лагерей. На западной окраине их архипелага находится холмистый остров Лкесн. Местные называют его «Зелёным проклятием». Это единственный остров, сплошь покрытый реликтовым хвойным лесом. Не заселён он из-за того, что там водится зелёная гадюка, ядовитая и со скверным характером змея. Любой клан, который пытался заселить остров, покидал его после нескольких смертей. И извести гадюку некому не удавалось. С другой стороны, за счёт этого там сохранился лес.
— А как лесорубы справляются со змеями? Шаманы там, амулеты?
Шпренгер скривился.
— Нет. Лесорубов туда свозят насильно, просто время от времени кого-то кусают, его хоронят и продолжают лесодобычу. Они бы может и сбежали, на тех же плотах, но их охраняет отряд головорезов, который подчиняется Фрею.
— По сути, тюрьма.
— Да. Головорезы внутрь острова не ходят, стараются не рисковать. Хвойный лес рубят лесорубы-невольники. И если они не выполняют план по добыче брёвен или если брёвна плохие, их наказывают, бьют плетьми или сажают в яму со змеями.
— Интересная у них трудовая дисциплина. В духе Рагнара. А склады?
— Там же и склады, так же лес сушится для отправки, там пристань, куда привозят новых лесорубов и провиант. Само собой, остров находится в личной юрисдикции короля Фрея.
Я расправил карту и поставил на ней три точки.
Вулканический остров с Алтарем Огня, столица Хадеб-Хавн и далёкий остров Лкесн. Вот они, три точки удара.
— Кроме того, я собрал данные и составил отчёт о политических группировках Собачьих островов, этническому составу. Там превалируют гоблины, тёмные эльфы, люди и орки. И я не скажу, что они живут в мире. До Фрея они грызлись между собой непрерывно. Даже сейчас части флота из разных кланов действуют разрозненно, а капитаны не слушают приказов друг друга. Единственный, кто их объединяет, это Фрей. Точнее сказать — страх и ненависть к королю островов. Я подготовил ещё один доклад по личности Фрея, его семье, его замку, личной охране.
— Спасибо, Якоб. Ты очень помог. Ты — наши глаза.
— Надеюсь, мои глаза увидели всё, что нужно, Правитель?
— Да. Твоим глазам нужен сон. Ты явно ведёшь допросы ночами напролёт.
— Отосплюсь, когда закончится война, Правитель.
— Я тоже так думал. А она всё не заканчивается.
Шпренгер медленно выдохнул, поправляя воротник чёрного сюртука. Он коротко, по-военному, поклонился и молча покинул кабинет, оставив мне доклады.
Теперь, имея план, я начал его реализовывать.
Подготовка к самой безумной операции в истории Газарии двигалась, пожирая все доступные ресурсы города.
Дни слились в бесконечную изматывающую карусель из запаха битого камня, криков сержантов на плацу и магического озона из подвалов Фомира.
Роты тренировались, отрабатывая операцию «штурм ворот».
Воротца (довольно-таки неширокие и невысокие) открывал маг и кричал: «Ворота открыты!».
Военных, конечно, несколько смущало, что ворота маленькие и что маг, который их отпирал, стоял около куска бутафорской стены. Тем не менее, дисциплинированная рота срывалась с места и проскакивала ворота за минуту-полторы.
Три роты могли пройти «ворота», которые по случайному стечению обстоятельств были размером, как и создаваемые порталы, за пять минут.