— Мы покажем дорогу, — твёрдо заявила она. — Прямо сейчас! У меня в деревне остался отец.
Мурранг, который бросал косые взгляды то на местных, то на меня, тут же встрял в разговор.
— С телегой и кольцом мы очень медленные. Предлагаю оставить пяток самых уставших и рвануть маршем. Так больше шансов успеть до того, как нежить сможет прогрызть себе путь к живым.
— Согласен. Все перекусили? Конечно, идти в бой с полным брюхом не в наших правилах, но… Пока топаем, может чуть порастрясём.
Не сказать, чтобы путь оказался так уж далёк. Два часа марша занял путь, при том, что мы предварительно быстренько, благо у нас был большой опыт вооружились и облачились — у кого что есть
Тут подростки, конечно, слегка ошалели, когда увидели, что и так не больно-то миролюбивая толпа так называемых паломников превратилась в вооружённое подразделение.
Но, поскольку мы были на их стороне, это их это не смутило, тем более, что для них нашлись кольчуги и парочка простых мечей.
Правда это было надо на всякий случай, вместе со строгим наказом держаться за спинами «больших пацанов».
Через два часа мы были у деревеньки Птиодик. Поселение было построено на ровном участке под сенью высокой скалы откуда в овальное озерцо падал небольшой шумный водопад.
Место было живописным — десяток домов, три улицы, площадь, всё такое древнее и красивое, но сейчас было явно подвергнуто поруганию, разрушениям, хаосу и опустошению, а кое-где явно бродили, нарезая круги — мертвяки.
Да, не все так легко пережили восстание нежити, как Порт-Арми.
Глава 21
Любознательность
Птиодик пострадал не весь. Это был первый хороший факт.
Восточная треть деревни стояла нетронутой: десяток домов из потемневшего горного камня, огороженный загон с козами… Вернее тем, что осталось от бедных животных, пустые, но не пострадавшие от нападения дома.
В остальных частях поселения жилища были явно подвергнуты разгрому.
Птичий пастух позволил мне посчитать «врагов» по головам. Представление о цифрах воюющих сторон — это база.
Девяносто два мертвеца. Они не были организованы в боевой порядок: просто двигались по растоптанному грязному пространству между домами с тем монотонным упрямством, на какое способны только мертвяки. Источник интереса для большей их части находился в самом крупном строении деревни. Там были живые.
— Мурранг. Берёшь Хрегонна, восемь сапёров и идёшь слева по периметру по краю поселения. Там временем основная группа идут по центральной улице. Лучники, — я окинул взглядом эльфийский отряд, — крыши тех домов справа выглядят прочными. Классика — занимаете превосходящие позиции, стрельба без приказа, когда сочтёте удобным. Работать парами, прикрывать друг друга. К домам не подходим, там могут быть мертвяки. Держимся открытого пространства, двигается к тем, которые сбились в кучу у центрального дома. Нас будут атаковать во фланги и тылы, мертвецы сагряться на нас. В построении — маги по центру. Магам работать аккуратно, чтобы нас не подпалить, не забывайте, что вы стали сильнее.
Я не говорил красивых речей, тут каждый первый имел опыт работы против мертвяков и этот опыт был ценнее любых доспехов и мечей.
Мы разделились и пришли в движение.
Девяносто два скелета против полусотни вооружённых бойцов — это ничто.
Бой в Птиодике был работой, а не испытанием.
Скелеты местных предгорий отличались от равнинной нежити комплекцией: крупнее, кости потемнее, движения основательные, тяжёлые, обманчиво медлительные.
Первый десяток Мурранга столкнулся с тройкой мертвецов у загонов для коз. Стена щитов встала плотно (щиты мелкие, но какие уж есть), копья методично заработали. Скелеты разваливались при разбитии головы, зато продолжали сохранять активность если теряли конечность.
Центральная улица.
Наше построение — нечто вроде боевого круга, знакомого гномам, хотя за идеальную геометричность я бы не ручался, мы двигались и строй держался неровно.
Перемещались мы медленно, чтобы обратить внимание нежити на себя. Это прямо противоположно тому, что требуется при сражении с живыми, там внезапность только плюс. Здесь — хороший способ спровоцировать скелетов на атаку, но не синхронную, а по одиночке, когда мы сможем без проблем с ними разделаться на удобных нам условиях.
Тылы прикрывали Старые шахтёры, тут уж мы не игнорировали их ценность как бойцов. Из домов по одному или парами выскакивали скелеты и пытались ударить в спину.
Гноргим из стариков первым открыл «счёт» для основной группы, вырубив самого ретивого мертвеца. Кирка тяжёлая, замах короткий, удар точный. Мертвец потерял голову, следующий разлетелся от удара по рёбрам.