Шот задумчиво кивнул, почесав подращённую на манер гномьей, бороду. Длительное пребывание среди подгорного народа дало свои плоды.
Остаток дня и ночь я позволил себе отдохнуть, а утром собрал совещание в штабе.
Для подавляющего большинства командиров прошедшие сутки были лишь очередной сменой дня и ночи в рамках подготовки к войне.
И только один человек за этим столом знал о том, что за эту сутки мы сыграли короткую партию и получили преимущество в глобальной войне. Фомир.
Да, таков мой план. Каждый следующий ход должен делать нас сильнее, иначе не имеет смысла делать этот самый ход.
Фомир сидел рядом с Новаком и делал лицо стройматериалом. Внешне он не изменился.
Иртык сказал мне вечером, что я стал будто бы выше, сильнее, голос громче и появился блеск в глазах.
Трудно сказать, это объективный факт или народу вокруг просто так кажется?
В любом случае эти неполные сутки были нужны в том числе для того, чтобы Фомир пришёл в себя и мог делать независимый вид.
Главный маг Газарии (а теперь ещё и крутейший для Гинн) тщательно оттирал несуществующую грязь с манжеты своей парадной мантии. Его пальцы едва заметно подрагивали.
Любой наблюдатель списал бы это на лёгкое похмелье. Весьма типичное для мага состояние.
И только беспокойные глаза Фомира выдавали колоссальное напряжение, граничащее со вселенской паникой, но он не смотрел никому в глаза, достал потрёпанный блокнот и сделал вид, что изучает свои записи.
Через одно место от него уселась Бреггонида. От её тёмных одежд исходил стойкий химический запах, а на морщинистом лице застыло выражение мрачного, глубокого удовлетворения, граничащее с триумфом.
В другое время, быть может, внимательная и въедливая ведьма заметила бы странное состояние Фомира, своего коллеги и вечного конкурента. Но сейчас она была слишком уж занята собственными трудностями, делами и, чего уж там — победами.
Она положила на столешницу небольшой стеклянный флакон с густой, но прозрачной изумрудной жидкостью:
— Могу я доложить честному народу? То есть, господам офицерам, я хотела сказать?
— Да, лейтенант Бреггонида, рассказывайте. Ваш вопрос важен, причём не только нашей армии, но и всему Гинн.
— Итак, если кто не в курсе, мы с внучкой, пока маги занимались своей несущественной ерундой и пугали своим похмельным видом жителей границы, организовали производство магического антидота, зелья супротив обращения в нежить!
Она глянула на Фомира с победным видом, ожидая колкостей или, наоборот, уязвления, однако он с самым серьёзным видом закивал и даже прошептал что-то вроде «поздравляю».
Ведьма смутилась на пару секунд, потом продолжила, переведя взгляд на меня.
— Итак, речь идёт не об опытных партиях в десять или сто штук. Нет! Производственный цех запущен на полную мощность, — пророкотала Бреггонида. — Наш тайный объект по имени «Э» отработал полную смену без сбоев. Все восемь чанов прошли активацию, первая синтезирована, мы её остудили, отфильтровали и стали фасовать.
Она указала узловатым пальцем на флакон. Видимо, это был вполне рабочий образец.
Все посмотрели на небольшую ёмкость, внутри которой находилось средство против главного биологического оружия Мёртвых богов.
Не так страшна нежить сама по себе, как риск обращения в такую же тварь через порез ногтей/когтей или укус.
— А вы провели полевые испытания? — коротко спросил я. — Как мы обсуждали?
Ведьма утвердительно кивнула.
— Сделали всё по науке. Отловили три десятка бродячих собак. Первая группа, вторая и контрольная. У Якоба Шпренгера разжились задержанным умертвием, которое ещё не успели осмотреть, запротоколировать и сжечь, взяли на испытания.
— И? — с любопытством спросил Новак.
— Каждую псину укусил мертвяк. Первой группе дали полную дозу, второй только треть дозы.
— А третьей? — уточнил Хрегонн.
— Не дали, она же контрольная.
— Ну и как результаты? — не унимался гном.
— Как-как. Контрольная вся обратилась. Их потом бойцы Гришейка перебили, они с нами участвовали. А в первой и второй все собачки конечно маленько в шоке были от того, что их кусали, а не они, но никто не стал мёртвой гончей. Полная и всегдашняя эффективность.
— Ещё раз поздравляю, — серьёзно прокомментировал Фомир.
— А «партия» — это сколько? — спросил практичный Мурранг.
— Примерно один миллион шестьсот тысяч порций. Есть потери от фильтрации, это естественный ход вещей. В запасе у нас четыреста двадцать тысяч флаконов, то есть нам остро не хватает тары. Сможешь с этим помочь?