— Первый полк, Второй и Четвёртый.
— А столицу кто будет прикрывать? Четвёртый останется. Первый, Второй, Пятый, сапёры, разведка, маги.
— Ведьмы?
— Пусть дома сидят, зелья варят, это сейчас самая крепкая валюта.
— Кстати о валютах, пока тебя не было, с тобой просили поговорить представители Гномьего банка.
— Завтра, давай завтра. Видишь, какое у нас тут празднование.
Впервые с момента начала противостояния с Пантеоном Газария готовилась не к молниеносному бандитскому налёту или оборонительной операции.
Мы планировали полномасштабное вторжение.
Деций подготовил акт, я и Тельхар его подписали. Деций проворчав, что подписи чуть смазаны из-за плохих чернил, забрал наш экземпляр в архив.
Зато он добыл нам какие смог карты столицы Эсцерка и его окрестностей. Военная машина Штатгаля перестраивалась для погружения во тьму.
Глава 16
Безопасность лишь иллюзия
Мои апартаменты представляли собой просторное четырёхкомнатное жилище, лишённое показной роскоши, но предельно функциональное и располагались в одном из домов в центре Цитадели.
Когда-то я жил и в частном домике в Порт-Арми, ночевал в кабинете в Доме правительства, в палатке во временном лагере под стенами. Сейчас у меня было более или менее понятное место жительства в столице своего государства. Не дворец, но квартира, апартаменты.
Среди строений Цитадели в основном царила художественная серость, однотипность, утилитарность.
Прямые линии безымянных улиц, квадратно-гнездовая структура планирования.
Жилые дома, казармы, склады, в том числе тот склад, который был переоборудован под ведьминскую лабораторию, представляли собой строения примерно одной и той же высоты, ширины и длины.
Во-вторых, это было удобно при глобальном градостроительном планировании. И это было именно, во-вторых.
Во-первых, было соображение военного характера.
Враг, будь то дракон (изначально, когда Цитадель задумывалась, никто и подумать не мог про драконов, они были существами из научных трудов и сказок), армия вторжения, монстр, полководец нежити, диверсионный отряд, десант и так далее — прорвавшись в Цитадель, оказался бы среди примерно одинаковых зданий.
Враг не смог бы по их виду определить, что там за строение перед ним.
Отчасти это была логика, навязанная англо-бурской войной. В той войне снайперы буры стреляли в англичан офицеров на том простом основании, что офицеры имели вредную для их здоровья привычку носить более яркую форму и вообще выделялись. То же самое происходило и в другой части мира, в другие войны, например во время войны японцев, французов и американцев во Вьетнаме. И, наверняка, в других затяжных войнах была примерно такая же картина, хотя история Англо-Бурской войны была одной из первых или вообще первой такого рода.
Привело это к закономерному результату — с некоторых пор форма офицера визуально не отличалась от формы другого бойца, а знаки различия видны только с близкого расстояния.
Здесь мы делали то же самое. У меня был не дворец, на который должен был бы ориентироваться киллер-цареубийца. А я не тешил себя иллюзией, что в Гинн мало желающих меня прикончить.
Мой дом — это просто дом на несколько квартир с хорошей квадратурой. Моим соседом был Новак и внешне это строение было не особенно отличным от казармы. Кстати, казармы в Цитадели были тоже, весьма и весьма комфортабельными. Солдаты Штатгаля, которым за время войны спать доводилось чуть ли не голой задницей в снегу или колючках, очень ценили нынешние жилищные условий, когда они жили в кубриках по четверо, а некоторое и по двое. Когда у них был свежий воздух и тепло, чистые постельные, печи, кухни и столовые, а между казарм трудолюбивые гоблины уже начали разбивать нечто вроде садов и парков.
Гномы, в знак признательности за мою службу и их особенный в войсках статус, лично курировали обустройство моих апартаментов. Тонкая мебель из морёного дуба, остекление, изнутри комнаты обшиты буазери — деревянным покрытием из белого бука, покрытые лаком паркетные полы, магические светильники на стенах.
Гномы постарались и наверняка их печалило, что в своих покоях я бывал крайне редко. Носило меня по всему белому свету и ночевал я где придётся, нередко прямо в доспехе, укрывшись плащом. Благо — молодое здоровое тело даже до получения статуса полубога мне такое позволяло.
Второй этаж. Моими соседями по лестничной клетке был Новак и Фомир. Ниже, на первом этаже жил тихоня Марк, в других апартаментах Деций, рядом Мурранг и Хрегонн, а также в другой части здания Фаэн.