Гномы что-то про него знали и отселили его максимально далеко, чтобы я не слышал шума от его жилья.
Я поднялся по ступеням, открыл дверь ключом. Вообще-то в этом не было особенной нужды, запирать мои хоромы, ну кто ко мне придёт? А если уж придёт, то причина настолько веская, что может входить без стука.
За дверью апартаментов остался Иртык. Я попрощался с ним коротким рукопожатием.
Странно. Не так давно я был студентом и жил в общежитии, а теперь у меня свой телохранитель, как у трусоватого олигарха, своя армия, своя страна, даже валюта, которую эмитировал Мурранг, и то своя.
Иртык кивнул, но не ушёл и даже не сдвинулся с места, пока я не скрылся за дверью. Он жил в казарме, но также в этом доме у него была своя комната, в которой он мог отдыхать и одновременно с этим караулить меня в непосредственной близости от своего объекта охраны.
Вообще смысла в телохранителе, с учётом моего статуса полубога, особо не было, мои жизненные силы, сама живучесть и способности, нанизанные на обычное человеческое тело, существенно увеличились. Проще говоря, меня не особенно легко убить.
Но я не хотел менять привычный порядок вещей, да и вообще, факт получения мной особого статуса мира Гинн не произвёл эффекта разорвавшейся бомбы. Хотя это и не было тайной, однако офицеры не спешили доносить эту информацию до бойцов, потому что за этим последует закономерный вопрос от них — а что теперь может их драгоценный командор? Что изменилось?
Я и сам не знал ответ на этот вопрос, тем более не представлял, что могли бы ответить они. Вот и получается, что привычное и понятное «генерал» и «герцог», осталось в широком использовании, а «полубог», в массы не ушёл.
Я шагнул в гостиную. В углу возвышалась стойка с клинками, в том числе с мечом Мзгени, трофейными клинками герцога Гуго Элорана, генерала Эммея, меч лорда Альшерио (один из его мечей), лёгкий клинок герцога Ирзифа и кое-какие мечи из трофеев с родовитых пленников.
Глядя на меч Ирзифа, я вспомнил, что все условия сделки он выполнил, однако я до сих пор его не отпустил. Надо бы дойти до этого жулика, пожать руку и отпустить… Кстати, с трудом себе представляю, куда в условиях глобального апокалипсиса он попрётся?
Рядом стоял деревянный манекен, на который гномы заботливо накинули один из моих запасных комплектов средних доспехов. В мёртвой хватке куклы было зафиксировано копьё. В полумраке конструкция напоминала молчаливого стража, ждущего приказа.
Я остановился посреди комнаты и медленно выдохнул.
Напряжение последних дней, бег, драки и небольшие государственные перевороты со штурмами дворцовых комплексов остались позади.
Напряжение, державшее тело в стальных тисках, начало отступать.
Я скинул штаны, оставшись в исподнем, расстегнул жёсткий воротник, позволяя лёгким сделать первый за день свободный вдох, стянул через голову кожаную куртку и бросил её на стул, совершенно не заботясь об уставе.
В этой каменной коробке, под защитой лучшей армии континента, я был в безопасности. Ничто не могло меня достать. Наверное.
Разулся, снял носки. Босые ступни встретили отрезвляющий холод паркета.
В апартаментах была комната, которую местные называли умывальня. По мне так скорее совмещённый санузел, но да ладно.
До умывальни оставалось три шага. Я хотел пройти и помыться, чтобы как учил Высоцкий, смыть этот день, но…
Мне не довелось вот так запросто пройти эти три шага.
В апартаментах вдруг непонятно откуда возник ветер, беспокойство воздуха.
Пространство между диваном и большим круглым столом поплыло, задрожало. Через секунду по ушам ударило.
Пространство разорвало чёрными всполохами, разошлось межпространственным порталом.
И из этого разрыва чёрной молнией метнулась тварь, существо, монстр.
Тяжёлые когтистые лапы с грохотом вмялись в ворсистый ковёр, один из нескольких, заботливо разложенных по апартаментам, отбросив его в сторону и оставив глубокие следы в дереве паркета.
Существо, которое с трудом помещалось в гостиную, встало на четыре лапы и посмотрело на меня.
Собственно…
Моя внутренняя аналитика, соображалка, сразу выдала результат о том, что происходит и кто пришёл ко мне в гости без спроса.
Цитадель накрыта несколькими слоями магической защиты, в том числе наложенной Фомиром. На минуточку, Высшим магов. А кто может продавить такую защиту?
Бог.