«С одной стороны идея здравая, друг-эльф. А с другой, командование пришлёт вместо этого взвода батальон и всё равно нападёт».
«Да, но это даст нам время. К тому же они до последнего не будут знать, с кем столкнулись».
«Тоже верно. Короче, идею одобряю, только сделай всё чисто, чтобы без риска и жертв с нашей стороны. Засада, нападение. Работай жёстко».
Мы с Фомиром находились на территории какого-то технического склада со стеллажами и стопками пыльных мешков, узком как кишка, который делал расширение в одном месте.
— Начинаем, Фомир.
— Тебе не страшно, Рос? Мы бросаем вызов богу?
— Всего лишь языческому божеству, в моей картине мира это, знаешь ли, не Всевышний, а так, мелочь пузатая.
— Хрена себе мелочь.
— Ой, да ладно тебе, ты мог бы погибнуть ещё в свой первый приход к Кмабирийским болотам, сожрали бы тебя скелеты и всего делов. А так сколько приключений выпало. Весело же.
— Если говорить, что не скучно, так это точно, — проворчал он. — Но у нас с тобой очень разные представления о веселье. Однако… Можно я задам тебе очень важный вопрос, Ростисл… Как там твоё имя полностью?
— Ростислав. А что?
— Так вот, Ростислав Голицын, скажи мне как на духу… Этот кабздец — он когда-то кончится?
— Да, сейчас алтарь возьмём и…
— Не морочь мне голову, Рос. Я не про конкретно этот бой, я глобально. Ну, завалишь ты алтарь, даже, страшно сказать, Тейла. И что? Кончатся в моей жизни когда-то войны?
— История — это летопись войн, Фомир.
— Не надо мне тут философию включать. Твоя личная история — это беспрерывная череда войн. А так как я стою, смею надеяться, по правую руку от тебя, то и я беспрерывно участвую в боевых действиях. И вопрос мой про то, будет ли в этой длинной череде дождливых дней длинная череда безоблачных? Понимаешь, о чём я.
— Понимаю. Будет. Войну богов начали не мы, нас туда втянули, нам надо просто грамотно её вытянуть в нужном нам направлении. С Маэном и Бруосаксом же получилось?
— Теперь я понимаю, что та война и правда была лёгкой прогулкой по сравнению с этой.
— Зато эта быстрее. И когда она закончится, мы с тобой либо сдохнем, то есть будем уже мёртвыми. Либо будем настолько крутыми, что для нас у Судьбы просто не останется достойного противника.
— Такая у тебя стратегия, Рос? Постоянное повышение ставок, чтобы в игорном доме не осталось игроков, которые сядут с тобой за один стол?
— Ну, да. И заодно стать совладельцем игорного дома. Только это гарантирует, что больше нас никто не тронет. Только это и наличие силы, с которой никто не захочет конкурировать. А теперь давай начнём с приёма посылочек от Бреггониды и пары бочек от сапёров, они доложили, что с колоссальными предосторожностями допёрли их до лаборатории и теперь дрожат от страха.
— Отчего они там полные штаны напрудили? — было видно, что Фомира радует, что не только ему страшно.
— Ну, как бы есть повод волноваться. Например, в одном месте находятся два магических фугаса — бочки с загутай-камней, а рядом шестьсот сорок бутылок с зажигательной смесью. И если это всё рванёт…
— Всё-всё, не продолжай, я понял. Не накаркай тут! Давай принимать. Путь лучше здесь пусть рванёт, нас с гномами я прикрою, если что. Поехали.
Воздух над расчищенной площадкой пошел мелкой рябью.
Портальная переброска конкретной совокупности объектов. Я мог бы сделать это и сам, но было бы грубее.
Фомир, действуя по наводке Роя, а я, видя «груз» глазами сапёров и Бреггониды, произвели осторожную переброску из одной точки Гинн в другую.
На холодный каменный пол ровными рядами легли пузатые глиняные кувшины. Ведьмы чуть-чуть перевыполнили план, вернее минимальную планку этого плана, выдав шестьсот сорок узких, как массивные бутылки, кувшинов. Ну, той тары, что нашлась у них под рукой.
Я скользнул взглядом по ящикам и заметил витиеватую белую надпись на каждом боку. Размашистым ведьминским почерком было написано «приворотное зелье».
Стесняюсь спросить, это они сейчас написали, типа, шутка юмора такая или они там не только противозомбовское зелье варят?
Я взял один из кувшинов, откупорил и понюхал. Зеленовато-чёрная маслянистая жижа слабо отсвечивала ядом при свете гномьих ламп. По консистенции смесь напоминала жидкую смолу — плотную, тяжёлую, вязкую. Ну и пованивало, словно они туда покрошили полсотни протухших собак.