— Что сказать, с физической точки зрения портал в идеальном состоянии. Вероятно, его потому и прикрыли, чтобы не растащили и не угробили.
— А источник энергии для него?
— Ты удивишься, но судя по тому, что магические каналы уходят в недра земли, он питается напрямую от магмы.
— Магия Григгаса? Боги так хорошо дружили, что переплетали технологии друг друга?
— Да, вероятно так и было. Пока не поссорились, — согласился с моим предположением Фомир. — А мы их драку до сих пор ощущаем на себе. Слушай, ну есть проблема, есть.
— Ты про портал?
— Да. Судя по вот этой печати, его может запустить только бог. Так как бога у нас под рукой нет…
Я подошёл и молча положил ладонь на указанный им сложный узел в центре магических символов.
Мое сознание обратилось к резервам, скрытым глубоко внутри после схватки с богом-зверем. Я не стал использовать магию или грубую физическую мощь. Я направил в холодный металл своё внимание и свою волю.
В какой-то момент мне показалось, что я нахожусь под водой, на большой глубине. Мне так надавило на уши, что казалось, сейчас мозги взорвутся, причём внутрь, а не наружу.
Однако, я не умер. Давление оказалось колоссальным. Древний контур испытывал меня буквально пару секунд и физического урона, несмотря на мои ощущения, не причинял. Затем система решила, что я достоин.
Потухшие символы вспыхнули ровным розоватым цветом.
Волна подтверждения разошлась по всему периметру массивного кольца. Знаки не выгорали и не отторгали чужеродную силу. Они жадно впитывали её, запускаясь как старый работоспособный механизм.
— Забавно, — похлопал меня по плечу Фомир. — Кольцо посчитало тебя богом.
— Ну, братан, я полубог ветров и морей, и молодых людей…
— Что?
— Говорю, я же полубог. Это почти то же самое, — развёл руками я.
— Я не говорил, что полубог может запустить. Тогда бы и я смог, — буднично пробормотал маг. — Но теперь мне надо погрузиться во внутренние схемы, грубо говоря, пообщаться с порталом.
С этими словами он сел в нечто наподобие позы «алмаз» для медитации и закрыл глаза.
Глава 4
Куда ведет портал
Я крякнул, лишившись собеседника, покрутил головой и решил направиться наверх, в верхний зал, где должна быть статуя Дикаиса. Надо бы глянуть, как она.
Действия шли независимо друг от друга. Внизу Фомир медитировал среди древней магии, а наверху я решил прибраться в бардаке, оставленном гоблинами.
Статуя Дикаиса лежала в углу. Слишком прочная, чтобы разбить, слишком тяжёлая, чтобы утащить.
Я раскидал куски стеновых блоков, под которыми похоронили статую.
Не знаю, было ли это какой-то религиозной традицией, но статую покрывали короткие надписи и рисуночки. К гадалке не ходить — оскорбительного содержания.
Утащить её было чем-то почти нереальным, однако я обратился к алтарю за магической поддержкой и стал волочь её обратно к постаменту.
Весила эта хреновина по меньшей мере тонну. И в обычной жизни её ворочали бы два десятка гномов. Я справился один, хотя и при помощи колдовства.
Поставил ноги-основание статуи в середину, обошёл, отдышался.
Обняв бога за пояс я поднапрягся, работая всё больше ногами, придал ему вертикальное положение. Дальше — проще, я кантовал его, пока не поставил более или менее ровно.
Наверняка гномы сказали бы, что поставлено криво, как столб руками пьяного слепого гоблина, но уж простите, геометрия — не моя сильная сторона.
Я отряхнул руку и принялся приводить статую в порядок.
У него было несколько щербин на носу и руках, их явно пытались отбить. Всё же гоблины служили враждебному богу. Но с трещинами потом разберутся служители, отполируют там или зальют каменным клеем.
В поясной сумке нашлась тряпка, которой я протираю доспехи, слишком маленькая для такого гиганта, но я всё же начал. Воды не было, только оружейное масло, я смочил тряпку маслом и стал протирать уж чем было.
Как это ни странно, но камень статуи впитывал масло, а надписи стирались под напором моих рук.
В какой-то момент надписей на неизвестном мне языке и рисуночков скабрезного содержания не осталось.
Короткий магический импульс прошёл по поверхности статуи. Внутренняя сила убрала морщинки трещин и пятна от надписей.
Линии расколов исчезли, превратившись в едва заметные прожилки на монолитной породе. Дикаис снова возвышался посреди храма во весь свой исполинский рост, сурово взирая на пустые своды своего храма.
Я заложил руки за спину и остановился напротив восстановленного изваяния.
— Это становится традицией, верно? — ровно произнёс я в гулкую пустоту храма, словно обращаясь к незримому собеседнику, который постоянно подкидывал мне работу.