В какой-то момент я и сам телепортировался к Порт-Арми.
Точка моего выхода находилась в задних рядах сформированного строя нежити, на сухом участке между береговой линией и портовыми укреплениями.
Я не стал оставаться в этом месте и переместился к небольшому каменистому пригорку. Не на стене, но повыше уровня земли, и чтобы видеть, что происходит по старинке, глазами.
Отсюда открывался полноценный обзор на беспокойное море, шеренги скелетов и огромную группу рыболюдов.
Мёртвый король Танкред возвышался над рядами своих как изваяние.
Бисс Урая я не видел, но контролировал его через Рой.
Гарнизон города, в основном состоящий из уже много чего пережившего на своём веку ополчения, молча наблюдал за двумя армиями под стенами.
Так-то они в курсе, что болеть надо за команду отечественных гиннских мертвецов. Что нежить — это свои. Хотя по рожам видно — рады, что это шоу они наблюдают с безопасного расстояния.
В какой-то момент рыболюдам стало очевидно, что ситуация с каждой минутой становится хуже для них, поэтому они без всяких криков, видимых приказов и ажиотажа — атаковали нежить.
Первая волна белоглазых существ ринулась в передовые порядки скелетов.
Рыболюды были откровенно сильнее и выше. Отменная реакция и мышцы, которые перекатывались буграми.
Подозреваю, что их панцири — тоже не украшения.
Им удалось почти сразу же смять передние ряды и нарушить построение.
Ну, тут средневековые фокусы не работают, мертвяки не боялись потери строя.
Нежить переднего края не была лучшей, скорее наоборот, они были губкой, которая впитала в себя сотни героев-воинов армии врага. Нежить кидалась на них со спины, даже получая убийственные ранения, старалась укусить, ударить в ответ, не блокировала удары.
Это, надо сказать, не сразу, но обескуражило морских гуманоидов. Все живые блокируют удар, стремятся защититься от ран и смерти.
Нежить не боялась ни боли ни гибели. Теряя каждую секунду десятки воинов, орда нежити не волновалась. Танкред понимал, что это только первое знакомство и этот бой не решится за пару красивых взмахов.
Мёртвый король моментально сдвинул дополнительные резервы к центру столкновения.
Внезапно перед врагами показались зомби, и не рассредоточенными рядами, а плотной стеной, плечом к плечу, как сардины в банке.
Гришейк, который примчался на стену, выдохнул с заметным облегчением. Во-первых, он увидел, что рыболюды опыта борьбы с мертвяками не имеют и совершают типичные «ошибки новичка».
Во-вторых, он увидел и цену ошибок рыболюдов.
Даже убивая пару десятков, они оплачивали это собственными солдатами, они размыкали строй и пытались действовать, как высококачественные одиночки. А у одиночек против нежити нет шансов.
Во-вторых, в пылу боя некоторые рыболюды попытались обойти позиции нежити с фланга и тут они попадали в зону поражения со стены.
И вот наши бойцы уже стали выбивать рассеянных одиночек.
Командир на стене получил возможность методично расстреливать прорвавшихся одиночек.
Через несколько минут мёртвые полностью переключили внимание рыболюдов на себя.
Это можно было понять хотя бы потому, что они кинули в бой крабов.
И снова их ждало разочарование. Нежить не была однородной массой. Против громадин, которые могли расшвыривать скелетов десятками, выдвинулись некротические великаны и химеры.
Великаны, как существа равной весовой категории, тут же вступили в рукопашную. И тут уже крабам пришлось притормозить, нанося удары и блокируя чужие. А делать это в плотном строю нежити было небезопасно. Скелеты тут же стали облеплять конечности крабов, а великаны бить тех по панцирям, отбивая конечности и травмируя глаза.
Очень быстро Танкред пришёл к выводу, что маленькие телескопические глазки крабов — это их слабое место и вперёд выдвинулись пассивно стоявшие до этого стрелки. Они осыпали крабов тучей стрел, целясь исключительно в глаза. Один за одним вражеские твари стали отступать, а потом и вовсе обратились в бегство, стали возвращаться в море.
На фланге Бисс Урая повторялась та же картина. Лич, имея связь с Танкредом, повторял его тактические шаги и действия и попросту затапливал врага за счёт численности.
Рыболюды, возможно, не особенно хорошо умели считать, судя по тому, как отважно они дрались. Не отдавая себе отчёт в том, что Урай может позволить себе разменивать скелетов (которые между тем всё ещё продолжали прибывать) на рыболюдов и всё равно победит.
На участке порта ситуация была иной. Там не было нежити, поэтому я перебросил туда своих девятнадцать магов. Из них восемь — это ополченцы, то есть гражданские маги, которые стали военнообязанными после сражений с пиратами.