К сожалению, если удар дракона можно сдержать, то самого его бить магией не особенно эффективно. Врождённая особенность драконов, в том числе и некротического, которого я не спешил бросать в бой — это иммунитет к большей части магии. Мы просто потратим ману и время.
Однако был у меня припасён один козырь. Клыкастый такой, со зверской рожей.
Хайцгруг резко вырвался из-за линии щитов Первого полка.
Движение орка не имело ничего общего с паническим бегством или импульсом отчаявшегося одиночки. Напротив, он двигался так, что им мог бы гордиться не то что Лес Шершней, но даже и весь орочий род.
Рабочий алгоритм новой роли сработал безупречно. Командир отреагировал на крылатую угрозу быстрее любого штабного аналитика.
Майор оттолкнулся от каменистого грунта. Он совершил абсолютно невозможный для своей прежней физиологии прыжок. Тело орка взлетело на тридцать метров в высоту и вышло точно наперерез траектории зависшего в воздухе ящера.
Дракон даже не успел дёрнуть крылом для смены курса.
Жизнь не готовила его к тому, что злобные орки могут прыгать на десятки метров вверх без катапульты.
Широкое лезвие секиры Хайцгруга сработало подобно бритвенно-острой гильотине. Один чудовищно сильный и в то же время быстрый удар пробил прочнейшую чешую и снёс угловатую голову ящера. Обезглавленная туша, подобно петуху без головы, смогла совершить ещё пару взмахов, прежде чем завалилась вбок и рухнула за пределами построения.
Надо сказать, что драконы в смерть своего собрата не поверили или не поняли, что такое вообще возможно.
Они продолжили кружить и поливать своим огнём позиции Первого полка, без всякой корректировки своей стратегии.
Тут ещё немаловажным было то, что каждый дракон (как суслик) — личность, ими не особенно легко управлять. Даже если Элтагон сообразил, что столкнулся с совершенно новой боевой единицей Штатгаля, то отозвать своих монстров не смог.
Первый полк встретил гибель дракона (причинённую буквально одним ударом, пусть и невероятной силы) наполненным радостью яростным рёвом. Орки получили видимое физическое доказательство уязвимости противника. Летающих ящеров можно было убивать без размена на сотни солдатских жизней. Для этого требовался лишь точечный удар их собственного героя.
Противодраконий взвод Хикса, выведенный в отдельное подразделение, которое подчинялось напрямую Хайцгругу, спешил за своим «альфа».
Группа начала отвлекать ящеров, подсекать их траектории тяжёлыми гарпунами и прикрывала своего командира ростовыми щитами от фланговых атак.
Щиты были необычными, это было видно в моменты, когда драконы попробовали обдать их огнём.
Зеркальные, с округлыми эльфийскими символами, наполненные магией крови, они поглощали огонь, изрыгаемый ящерами.
В какой-то момент один из драконов обдал Хикса целым валом огня, но тот прикрылся щитом.
Хикс, человек с ярко выраженное примесью гоблинской крови, низенький, мрачный, вечный нытик и пессимист, однако далеко не робкого десятка. Он укрылся за щитом от огня и как только дракон прекратил свою атаку и стал переводить дыхание, моментально развернулся и всадил дракону в морду арбалетный болт.
Эффект был не ахти какой, болт для дракона как зубочистка для задницы медведя, но смелость, с которой взвод выходил против драконов, самих надменных ящеров немало обескураживала.
Взводом в повседневной жизни руководила и тренировала согласно весьма необычным методикам и тактике — Калидвен, эльфийка, возлюбленная Хайцгруга Она также являлась потомком рода эльфов-драконоборцев, ей пришлось тряхнуть стариной и использовать все ресурсы и знания, чтобы подготовить взвод к очень специфической задаче.
Каждый боец взвода, включая и сержанта Хикса, и саму Калидвен, которую я вывел из состава Сводной роты и повысил до старшины (да, через несколько ступеней, а что делать?) имел прекрасное противодействие атакам ящеров. Он был обвешан девятнадцатью амулетами противодраконьей защиты, одет в броню из драконьей чешуи и накачан зельями, повышающими его скорость, силу и внимательность.
И сейчас они ловко швыряли в драконов убийственно острые гарпуны. Ни один не попал в цель, но драконы были вынуждены отступать и хаотично отлетать в стороны, пока «альфа», то есть Хайцгруг, отрабатывал одну цель.
На вооружении были и гарпуны, и копья, и острые как иглы клинки, отработаны удары — только колющие, никакие режащие и рубящие не были способны причинить вред ящерам даже в теории. Так что в наличии были также цельнометаллические посеребрённые копья, изготовленные по спецзаказу.
На поясах — склянки с зельями, Калидвен натренировала их различать на рефлексах — одни от укусов, вторые от ожогов, третьи — чтобы швырять ящерам в рожу. Не убьёт, но отгонит.