Я торопливо тормозил своих разогнавшихся бойцов. Оттягивал их назад.
А небо впереди нас стало черным.
Тысячи взлетевших крылатых заслонили собой местное солнце. Воздух загудел от взмахов огромного количества кожаных крыльев.
Это конец.
Я понял, что мы умрем здесь.
Подзываю к себе десяток высших и создаю записку. Сую в лапу подбежавшему солдату феромоный мешочек.
- Ваша задача – донести это послание до Первых Матерей. Любой ценой!
- Да, тактик, - солдат склоняет передние лапы, - мы сделаем это.
Несколько секунд наблюдаю, как они убегают прочь, в низину, а затем обращаю взгляд на армаду врагов.
- Стрелки! К бою! Пли!
Иррь Тррь, конструкт.
-Быстрее! Быстрее!
Я подгонял солдат тащивших мое тело, постоянно оборачиваясь назад.
Крылатые почти нагнали нас.
Тут, в узком ущелье, они не могли летать, продолжая свое преследования на ногах, и только поэтому мы до сих пор живы.
Правда, пешками пришлось пожертвовать. Я приказал им задержать врага. Умереть, но задержать. И они, конечно же, сделали это. Умерли ради жизни конструкта.
И сейчас меня несут солдаты. Они не такие удобные, как носильщики, зато гораздо сильнее, выносливее и быстрее. Двое несут, еще двое на подмене и по три спереди и сзади.
А я с ужасом жду, когда это ущелье закончится, и мы выбежим на предгорье. Там крылатые смогут взлететь и мы потеряем наше и без того небольшое преимущество.
Впрочем наш бег закончился быстрее чем ущелье.
Солдат высланный вперед, на разведку, остановил нас.
- Нас ждут, - сообщил он мне. – Около сотни врагов затаились у выхода.
Ловушка!
Верчу головой и замечаю черный провал пещеры.
Туда!
Здесь сыро и низко. Солдаты на согнутых ногах едва протискивают меня, стараясь не оцарапать об острые углы потолка.
Но, пробежав несколько десятков метров, мы утыкаемся в сплошную скалу. Тупик.
А снаружи уже слышны крики крылатых. Они поняли куда мы забежали.
Что же делать? Как спастись?
Обшариваю полутемное пространство глазами.
Трещина. В потолке.
Взвешиваю все за и против.
- Ты, - указываю ближайшему солдату на трещину. – Ломай стену.
Высший беспрекословно подчиняется.
Мощные жвалы расширяют пролом в скале. Камешки сыпятся из щели.
Затем грохот и огромные каменюки, подняв кучу пыли заваливают единственный проход, попутно задавив солдата вызвавшего обвал. Только задние лапы торчат из под ближайшего здорового, кубометра четыре в объеме, булыжника.
Мы остались заперты в небольшой пещерке. Я и девять солдат.
Темно, но воздух проходит. К тому же по стене стекает вода. Этого хватит на какое то время.
Да и пищи у меня много. Целых девять кусков мяса.
Надеюсь, помощь придет до того момента, когда они закончатся.
Глава 2. Пытаемся жить.
Глава 2. Пытаемся жить.
Острое, жгучее чувство зависти клокотало во мне, когда транспорты ортериев перевозили нас с берега моря до Твердыни.
Я сидел в нутре огромного вертолета, глядел в иллюминатор на проносящиеся внизу степи и леса и завидовал. Завидовал их технологиям, их достижениям. Всего день назад в наших руках были великолепные образцы стрелкового оружия, а сейчас мы вынуждены возвращаться туда, где примитивная пищаль, казалась оружием будущего.
Нет, наши союзники выполнили обещание, и отдали нам все, чем мы воевали против страшил. Да вот только...
Лииса, с помощью своего умения, тщательно изучила все, что мы могли взять. И, большую часть выбросила со словами «Нафиг надо такой хлам тащить». В итоге, с нами остался один пулемет, тридцать шесть автоматов и двести семьдесят магазинных винтовок. Еще несколько десятков стволов девушка взяла на запчасти, а от остального отмахнулась.
Плюс десять тысяч унитарных патронов, которые подходили к любому виду стрелкового оружия полученных нам от союзников.
И все.
Любой более – менее серьезный конфликт и эти патроны улетят со скоростью света. И оружие которое мы захватили превратится в тыкву.
Красивую, технологичную, но тыкву. Которую даже съесть нельзя.
И использовать все эти крутые автоматы и винтовки можно будет разве что в качестве подпорок для забора.
Не умеем мы пока еще делать такие патроны. Такие гильзы. Капсюли.
Изольда, наш уник-химик, знает получение бертолетовой соли, которую можно использовать для получения капсюлей. Да вот только нет у нее нужных реагентов. И нет оборудования для их получения. Она, конечно, старается, что-то мастерит. Но ей еще предстоит еще долгая дорога. Да и то, бертолетова соль это первый этап. Уж слишком капризный это материал, взрывающийся от малейшего чиха. Но с чего то же надо начинать.