Но мой план был сложнее, разделение армии не четыре части, группа Новака, армия принца Ги, группа Фаэна (о чём они пока не знают), а потом ещё и раздробил Штатгаль.
Была такая ситуация, вторжение объединённой группировки Западной Европы в Российскую империю под знамёнами Наполеона. Он называл это официально «Второй польский поход». Его армия была безоговорочно сильнее объединённой российской.
Своих европейских коллег Наполеон разделывал под орех примерно одной и той же (и раз это работает, то методика хорошая) тактикой. Наполеон вторгался, давал генеральное сражение «все на всех». Выигрывал его, потому что был вовсе не глуп и не слаб, а потом уже детали, вроде разгрома врага или мирный договор на условиях французов.
Однако всякие Барклаи де Толли с Кутузовыми были не такие уж и дураки, они тоже понимали, что их дело швах. Поэтому отступали, буквально заманивая Наполеона в глубину территории. Затем дали условно-генеральное сражение под Бородино, уже спустя сотни миль русских дорог.
Ведь когда Наполеон вторгся, то имел под рукой около шестисот тысяч штыков, а под Бородино он уже оперировал лишь 135 тысячами против примерно такого же количества русских войск.
Остальные были рассеяны по гарнизонам захваченных территорий, «потерялись» или погибли по пути.
И в итоге, как горько любят рассуждать французские историки, они вроде как выиграли сражение под Бородино (мои предки бы с ними не согласились). После чего захватили Москву, но проиграли войну в целом, списывая поражение на природный фактор.
Но, на самом-то деле всё дело не в «генерале Морозе» как таковом, это результат неглупой тактики тех, кто играл от обороны.
Потому что Ганнибал Барка тоже, вроде как выиграл, а Карфаген в итоге был разрушен. Тут оно же главное, что? Главное, оказаться в этой истории не Карфагеном.
Разделяя армию, я здорово рисковал, но сейчас головоломка складывалась в обратном направлении.
Бой заканчивался. Отдельные особо упорные группы бруосакцев бросали оружие, сдаваясь, пытались (с переменным успехом) бежать.
Битва превратилась в зачистку. Мои солдаты гасили оставшиеся очаги сопротивления и собирали пленных.
Хладнокровие. После сотен сражений со скелетами в Кмабирийских болотах солдаты Штатгаля обрели хладнокровие. Они не истерили, не измывались над пленными, не совершали актов надругательства под павшими.
«Всем подразделениям! Собирайте пленных в район флага Штатгаль! — моя команда была лишена эмоциональности, которую я тоже мог по желанию транслировать через Рой. — Отдельно офицеры, отдельно ополчение, отдельно — регуляры, поодаль — наёмники. Всего четыре группы. Раненых не добивать, оказывать первую помощь. Захватите трофейные телеги, ловите лошадей».
Немецкая часть сражения, вернее, после него, имени Мейнарда.
Мои воины умели и делали её хорошо.
Маги, те из них, кто не сидел прямо на земле без сил, соорудили большие траншеи. Это скорбная часть нашей работы — похороны.
К счастью, в основном врагов.
Трупы раскладывали, обирали, оружие шло в одни кучи, броня в другие, личные ценности (которые не прикарманили орки лично себе, а такое имелось, но я старался закрывать на это глаза) в ещё одну кучу.
Мы захватили обоз, а значит, кучу продовольствия, палатки и шатры, запас фуража, масла для светильников и огненных снарядов катапульт. Нам достались шесть разобранных катапульт и куча пленных.
Медики Зульгена были далеко, в нашем обозе. Первую помощь оказывали всё больше бойцы Сводной роты и ротные фельдшеры, солдаты, кое-как обученные оказанию первой помощи и имеющие нечто вроде аптечек (составленных и собранных силами роты Зульгена).
Пленных распределяли и сажали в четыре кучи.
Среди пленных я заметил, внезапно, парочку гномов и некоторое количество орков.
Ко мне как раз пришёл с докладом Мурранг. Судя по состоянию его брони и топора на поясе, он тоже принял личное участие в драке и был весьма доволен собой. Даже несмотря на то, что из левой брови у него сочилась яркая капелька крови.
— Потери? — спросил я.
— Сто двадцать семь убитых, триста сорок два раненых, — доложил Мурранг, на секунду воздев к небу глаза, словно там были его записи. — Большинство ранены легко. До прихода Зульгена дотянут. Хотел спросить, ну что, разбиваем тут лагерь?
— Думаю, да, нам надо дождаться обоза.
Я посмотрел на холм, по которому рыскала наша разведка. Даже после боя они продолжали обшаривать окрестности, а сейчас вот, выловили из травы одного бедолагу из бежавших с поля боя, бруосакского ополченца.