— Хорошо. Словом, мы исходим из того, что Эклатий пока что не знает о новостях, но скоро узнает. И нам надо эту новость перегнать, потому что они пока ещё не перешли в осадное положение, а просто живут.
— Три полка, разведка и Сводная рота, — повторил Мурранг. — А мы, остальные? Какой план?
— Вы двигаетесь в сторону Эклатия, но не форсированным маршем, а наоборот, медленным, с великой осторожностью. Мы не знаем, какие ещё силы могут бродить по региону, не знаем, как сложится у меня со взятием Эклатия. Разведка, каждый вечер укрепление лагеря, лечение раненых.
— Может, нам просто постоять тут сутки? — предложил Мурранг. — Мы тогда всех подлечим, порядок наведём, а то после каждого марша с оружием и доспехами, с обозом, со снаряжением сапёрным случается жуткий бардак.
— Пожалуй, что так. Посидите тут сутки, но потом всё равно выдвигайтесь на север. Но двигайтесь не дорогой вдоль Мары, а вот тут, — я показал на карте, — восточнее. Дорога широкая, никаких лесов, одни деревни и поля. По расстоянию то на то и выходит, но устроить засаду значительно сложнее.
— Босс, нас будет менее пяти тысяч клинков, кто в своём уме на нас нападёт? — высказался Хрегонн. — Эссин сейчас не в том положении, его рыцари были с ним, других отрядов нет.
— Есть Лесные братья, — отрезал я недовольным тоном, чтобы избежать дискуссии. Мы на входе в Ойдон выбили только часть. Лесные братья специализируются на засадах и ударах исподтишка. По какой-то причине, согласно показаниям пленных, Эссин отослал их до того, как выдвинулся к Тройхату. Что он задумал? Что они творят?
— Но лесные браться — это что-то около тысячи разбойников, не более того, — всё же попытался настоять Хрегонн.
— И тем не менее, для причинения ущерба Штатгалю даже пары рот может хватить. Не победить, но подранить могут. Поэтому моя инструкция такова. Понятно?
— Понятно, — нестройно ответили офицеры. Они были слишком воодушевлены тем, что после нескольких дней стояния на бродах мы могли, хотя и пролив много пота, разгромить армию Эссина. Ну, а меня этот факт не особенно впечатлял. Эйфория не должна туманить разум.
— Хайцгруг, — обратился я к орку, — Ты у нас раненый. Оставим тебя с основным Штатгалем или ты горишь желанием пойти со мной на Эклатий?
— Куда Первый полк, туда и я! — пробасил орк. — Ранение лёгкое, ничего серьёзного.
— Арбалетный болт вошёл в тебя на глубину в пять фаланг, даже, наверное, показался из спины. Это лёгкое ранение?
— Царапина, ничего, что было бы достойно внимания командора! — бахвалился Хайцгруг.
— Ладно. Но нужен медик, чтобы присматривал за тобой. А Зульген у нас в собрании между тем не участвует, он выполняет свой долг врача, я ему разрешил… — рассуждал я.
— Я присмотрю за своим другом и старшим по званию! — поднял руку Лиандир, командир Сводной роты, который обычно на собраниях и заседаниях штаба сидел тихо. Не любил он все эти сборища. Да и я не любил, просто они были необходимы.
Я обдумал его предложение и согласился:
— Тогда каждые пару часов осмотр раны. И чтобы я об этом не думал и не переживал, что к Эклатию Хайцгруг истечёт кровью из-за своего излишнего героизма.
…
Я снова рисковал, разделяя силы. Но знал, что сейчас самый важный ресурс — это время. Эклатий, столица провинции, куда Эссин был прямо во время войны назначен руководителем, осталась без защиты. Эссин забрал гарнизоны и кого смог из ополчения на войну со мной. Среди пленных были и жители Эклатия, которые, как умели, описали мне устройство города и кто там за главного сейчас. Когда идёт война, прежнего губернатора отстранили (а руководил он из так называемого «Дома бургомистра», чиновничьей резиденции в Эклатии), а герцог был в отлучке.
В целом ситуация была такой, как я предполагал.
Ещё до рассвета наша ударная группа была готова к маршу.
Сапёры за ночь переоборудовали часть трофейных телег в одноосные маневренные экипажи для марша. С громадными колёсами, больше человеческого роста, запряжённые одной лошадью, свежей и не боевой, а тягловой, но не тяжеловозом.
Чтобы ускорить марш, сапёры постарались на славу, а мы загрузили в такие «телеги» по минимуму.
Три с лишним тысячи солдат разных рас, оставив позади дремлющий лагерь, двинулись на север. Мы шли налегке, без стандартного обоза, без кухонь, палаток и шатров, без тяжёлого вооружения.
В телегах, которые шли довольно быстро и даже не везли пехоту, вместо этого один из солдат тащил их под узды, наши ранцы. На нас самих минимум необходимого и лёгкая броня, щиты тоже сложены в телеги.