Я не отводил взгляд. Через Рой я транслировал своим людям одно-единственное, простое чувство. «Мы здесь хозяева. Это наша стена. Это наш город. Они пришли в гости. И мы решим, как их встречать».
Напряжение стало почти осязаемым. Казалось, воздух звенит от спрессованной воли тысяч людей, готовых в любую секунду вцепиться друг другу в глотки. Десять минут, которые показались мне вечностью, мы просто стояли друг напротив друга. Два хищника, оценивающие силу соперника перед решающим прыжком.
Я видел, как командир конной гвардии медленно поворачивает голову, его взгляд наверняка останавливается на засевших под защитой зубцов стены магах, потом на тяжёлых арбалетах в руках стрелков. Видел ли он наше спокойствие? Дисциплину. Как он оценивал нас? В любом случае, мы не показывали страха.
И он принял решение.
Командир гвардии медленно поднял руку в латной перчатке. Это был не приказ к атаке. Он приложил сжатый кулак к нагруднику своего доспеха, потом похлопал им же по рукояти своего меча.
Короткий, почти незаметный жест, полный ледяного, профессионального спокойствия. Сердце и оружие.
И после этого весь квадрат, так же слаженно и чётко, как и появился, начал разворот. Лошади, обученные безупречно, поворачивались на месте, не ломая идеальной геометрии строя. Они не бежали. Они уходили. Громко, но молча уходили, показывая, что не собираются устраивать бессмысленный лобовой штурм. Сейчас, в конкретных обстоятельствах. Но не потому, что мы их напугали, вообще без объяснения причин.
Я провожал их взглядом, не чувствуя ни радости, ни облегчения. Только растущую тревогу. Это была не победа. Это была отсрочка. Они вернутся. И в следующий раз их будет больше. В следующий раз они приведут с панцирную пехоту, вроде той, что я с превеликим трудом поборол у стен Каптье. Требушеты, осадные башни, боевых магов и ополчение.
Сегодняшний визит был приветствием. Быть может, королевская гвардия просто хотела посмотреть в глаза тому, кто посмел бросить им вызов.
— Они уходят, командор, — выдохнул стоящий в нескольких метрах от меня Марк. В его голосе слышалось удивление.
— Так и должно быть. Но они явно намекают, что вернутся, — ответил я, не оборачивая голову. — И они приведут друзей. Много друзей. А ещё они намекают, что на этой земле мы не можем чувствовать себя спокойно, не имеем на то права, не имеем оснований.
Как только последний алый плащ скрылся за изгибом дороги, напряжение на стенах стало спадать.
Арбалетчик рядом со мной вздёрнул арбалет к небу и упёрся в него лбом. Он украдкой посмотрел на меня, я ему без слов кивнул.
Он кивнул в ответ.
Солдаты облегчённо выдыхали, кто-то даже позволил себе тихий, нервный смешок.
Лучшая битва — та, которой не было.
Этой битвы не было, но только сейчас.
Мои парни не дрогнули перед лицом самой грозной силы королевства Бруосакс.
Их вера в себя и в меня выросла в этот момент. Это был нематериальный актив, который стоил дороже золота на счёте в международном гномьем банке.
Но мне было не до празднований. Я уже прокручивал в голове сотни новых задач. Укрепить стены. Наладить производство стрел. Создать запасы продовольствия. Организовать разведку.
А нужно ли это всё?
Я смотрел на дорогу и представлял карту. Игровая доска в моей голове менялась. Она стала больше и сложнее.
Вражеская конница напомнила мне, что мне теперь нужно мыслить глобально, а не регионально. Раньше я был ближе к окраине и Вейран не мог бросить на меня все силы. Это риск, отвести ударные части из столицы далеко, дорого и долго. Это угроза, что они застрянут в осаде на месяцы. Возможно, за это время Назир достигнет успеха на одном из направлений продвижения к Монту, осадит его или даже захватит.
А теперь я вообще к югу от Монта (да, к юго-западу, но это как раз не существенно).
Вальяд был далеко от Монта, он стоял на острове и был населён нейтральным населением. Да, тут тоже отменные стены, но не кто-нибудь, а я сам не раз доказывал, что стены вполне себе преодолеваемы. Короче, ситуация стала в разы опаснее.
Эклатий и Тройхат были моими. Я стал де-факто правителем целой провинции в самом сердце вражеского государства. Это был невероятный успех, триумф моей военной тактики. Но глобальный план компании не содержал следующих шагов.
Я предполагал, что пока я давлю бруосакцев на юге, армии принца Гизака или кого-то ещё продвинутся к Вейрану. После чего в игру, наконец-то вступят короли, гвардия Назира и гвардия Вейрана. Когда большие группировки начнут игру, можно будет больше заботиться о личной безопасности, а меньше о том, чтобы вывезти всю войну на плечах Штатгаля.