Я спустился к основанию Привратной башни как раз в тот момент, когда голова колонны стала проходить узкий створ ворот.
Лица бойцов освещала луна, многие улыбались. В воздухе пахло речной сыростью и корабельной смолой.
Новак спешился. Он выглядел… возмутительно свежим! Никаких серых лиц, никаких сбитых ног у солдат.
Майор передал поводья ближайшему бойцу и подошёл ко мне. Его броня была чистой, даже сапоги не покрыты пылью.
— Командор, — он козырнул, но я заметил в его глазах тот самый блеск, который появляется у отличника, решившего сложную задачу нестандартным способом. — Первый батальон Второго полка после выполнения отдельной задачи прибыл в Ваше распоряжение. Потери в пути — ноль. Боеспособность сто процентов.
— Майор Новак, спасибо за оперативность. Но… Позволь спросить, ты что, приделал своим людям крылья?
Новак позволил себе лёгкую усмешку:
— Да ну! Крылья — это по части птиц. Коней у нас не было. Мы просто использовали Мару. Река была для нас препятствием, но она же и транспортная артерия.
Он повернулся и махнул рукой куда-то вправо:
— Дороги вдоль Мары закисли после дождей. У вас тут были дожди? К тому же мы налегке, у нас нет обоза. В общем, мы вежливо попросили купца с тремя пустующими зерновыми баржами…
— Магические самоходные?
— Они. В общем, они любезно согласились нас отвезти и даже помахали ручкой на прощанье.
Я усмехнулся. Выбор у купцов был невелик. В отличие от моего «найма», Новак не платил деньгами, а дерзить торгаши бы не посмели. Всё-таки понимали, что Штатгаль совместно с армией принца Ги доминирует в провинции и контролирует реку Мара. И это они ещё не в курсе, что Лесные братья скоро подпалят южные города.
— Ну что, брат-человек, ты превратил логистический кошмар в личный плюс, — констатировал я. — Целой армии такие фокусы были бы не доступны, а вот батальон… Это было отличное решение, Новак. Я впечатлён.
Майор чуть выпрямился, принимая похвалу:
— Мы высадились в деревушке Пройштенк, всего пару часов назад. Местные рыбаки чуть дар речи не потеряли, когда увидели три баржи, набитые вооружёнными людьми, идущие под флагом Штатгаля.
Я кивнул:
— Они привыкли, что армии приходят по дорогам, поднимая пыль до небес. Ты дал им урок внезапности.
— Мы решили, что никакой привал нам не нужен, прошли по дорогам, пусть и ночью, зато побыстрее к своим.
— Я рад, хотя и удивлён.
Мурранг уже появился в районе Привратной башни, его громовой голос начал распределять новоприбывших. Я жестом пригласил Новака пройти за мной в Дом Бургомистра.
— Пошли, выпьешь чая с дороги. И я тоже, а то в горле пересохло, — Новак не мог видеть в полутьме что я бледен, а рассказывать про свою болезнь я не спешил. — А у тебя есть что-то для меня, кроме твоей блестящей находчивости и быстрого прибытия?
Новак посерьёзнел. Он полез в планшет на поясе.
— Да, командор, персональное послание от принца Ги. Лично в руки.
Мы проследовали мимо возникшей суеты в мою резиденцию.
Новаку выделили каморку под спальню, его встретил Хрегонн, обнимал и горячо приветствовал. В процессе объяснил, что Дом Бургомистра населён с плотностью сельдей в бочке.
Я сломал печать. Красный воск хрустнул под пальцами. Принц Ги обладал воистину королевским почерком. Размашистым, уверенным, с завитушками, которые выдавали в нём орка династических кровей, привыкшего, что его мысли важнее экономии бумаги.
' Мой дорогой друг Рос!
Пишу тебе из Тройхата. Или, как я теперь называю это место, Цитадели Скуки. Нам нечем заняться, поэтому мы укрепили стены так, что теперь даже тараны гномов сломают об них зубы. Мои инженеры выкопали ров.
Летучий отряд герцога Эссина показывался пару дней назад. Подошли поближе, мои лучники превратили их в подушечки для иголок, как только они появились в зоне поражения. С тех пор тишина, скука и робкие попытки взяток от речных купцов.
Твой тыл прикрыт. Ни одна мышь не проскочит мимо Тройхата, торговля с южными городами заблокирована, перемещение войск заблокировано.
Ты делай то, что положено. Но мне скучно, я бы хотел осадить десяток замков местной знати. Они заперлись, как моллюски в ракушках, а хочется их уже съесть. Однако выполняя наши договорённости, пока что их не трогаю.